Са́рты — термин, которым в некоторых источниках именовались некоторые категории оседлого населения Хорезма (с XVII века)Bregel, Yu. The Sarts in the Khanate of Khiva. Journal of Asian History. Ed. Denis Sinor, V.12, No. 2, Ottoharassowitz — Wiebaden, 1978, p. 122—123 и Ферганской долины. В разные эпохи и в разных местностях под этим термином могло пониматься: персоязычное население, отдельные тюркизированные персоязычные группы; ремесленники, вообще некий аналог мещанского сословияСоболев Л. Н. Географические и статистические сведения о Зеравшанском округе (с приложением списка населённых мест округа) // Зап. ИРГО по отделению статистики. — , 1874. — Т. 4. — С. 299. — Прим. 1., а в представлениях жителей Самаркандской области XIX века слово «сарт» использовалось с ругательным смысломОстроумов Н. П. Сарты: этнографические материалы. — 2-е издание. — Ташкент: Типо-лит. торг. дома «Ф. и Г. бр. Каменские», 1896. — С. 25.
Сарт — это термин, встречавшийся в истории и этнографии персоязычной и центральноазиатской среды. В XVI веке завоевавшие Центральную Азию кочевые узбеки делали четкое различие между собой и завоеванным оседлым населением, который независимо от лингвистической и этнической принадлежности называли «сарты». Такое название сохранилось вплоть до XIX века и использовалось в Кокандском и Хивинском ханствах.
После завоевания Средней Азии Российской империей термин «сарт» стал использоваться администрацией Туркестанского края, а потом и советской властью вплоть до 1926 года. Позже термин исчезает как из официального оборота, так и в быту. В всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года задавался вопрос о родном языке. По итогам переписи почти 1 миллион человек назвал сартовский язык родным. Туркестанские джадиды, последователи идеологии исламского модернизма, были противниками использование термина «сарт».
У востоковедов и этнографов второй половины XIX — начала XX века не было единого мнения и четкого понимания что же из себя представляет этнографическая конструкция «сарт». Существовали точки зрения, что «сарты — это таджики», что «сарты — это оседлые жители» и что «сарты — это „смешанная народность“».
История и география использования термина сарт Сарт — это термин, встречающийся в истории и этнографии персоязычной и центральноазитской среды. Изначально на древнетюркском языке это слово обозначало купца. В этом смысле оно встречается в письменных источниках XI века, таких как энциклопедический словарь «Диван лугат ат-турк» (Собрание тюркских наречий) Махмуда аль-Кашгари и «Кутадгу билиг» (Знание, образующее царей) Юсуфа Баласагуни.
Во времена, когда персы контролировали идущие к кочевникам торговые пути, монголы и тюрки называли персов сарт или таджик. Так как персы были исповедующим ислам оседлым народом, то термин сарт был расширен на всех оседлых мусульман независимо от языка и места проживания.
В послемонгольский период «сарт» стал синонимом «таджик» и обозначал персоязычное оседлое или городское население в противоположность термину «тюрк», обозначавшим тюркоязычное кочевое или полу-кочевое население.
В XVI веке завоевавшие Центральную Азию кочевые узбеки делали четкое различие между собой и завоеванным оседлым населением, который независимо от лингвистической и этнической принадлежности называли «сарты». Различия между узбеками и сартами (таджиками) теперь ощущались более остро, чем более раннее различие между тюрками и сартами, так как некоторые до-узбекские племена чагатайских тюрок уже перешли к оседлому образу жизни. Такое использование термина сарт сохранилось вплоть до XIX века.
Массовое перемещение в результате узбекского вторжения в Мавераннахр тюркских и тюркизированных монгольских кочевников привело к резкому усилению тюркизации коренного иранского населения. К XIX веку процесс тюркизация иранцев, так и процесс перехода узбеков к оседлому образу жизни достигли высокой степени. Термин сарт, который изначально означал оседлых иранцев, а затем персоязычных и тюркоговорящих городских жителей, стал в основном использоваться для тюркоговорящих или двуязычных городских жителей. В это же время термин таджик, ранее бывший синонимом термину сарт, стал использоваться только для персоговорящего населения. Более того, теперь сартам, как городским жителям или земледельцам Бухары и Коканда противопоставлялись кочевники «казаки», а в случае Хорезма, туркмены.
Хотя в XIX и начале XX века русские и европейские исследователи стали использовать термин сарт для тюркоговорящих горожан, которые считались ими «коренными жителями» Центральной Азии, В. В. Бартольд относился к этому скептически, так как он не нашел этому прямых доказательств в исторических источниках.
Как отмечали В. В. Бартольд и Ю. Э. Брегель, не было предпринято попыток определить диалектные отличия между сартами и узбеками ни в Бухаре, ни в Хиве, хотя они безусловно существовали, и вероятно оправдывали отношение к сартам как к отдельной этнической группе. Однако, как отмечала , тесный симбиоз между кочевыми тюрками и оседлыми персами в Центральной Азии, который существовал веками, привел к их взаимному лингвистическому и этно-генетическому влиянию, что сделало предельно сложным, если не сказать невозможным, нахождение различий между ними.
В XIV веке в результате взаимодействия кочевых тюрок и оседлого местного населения в Мавераннахре сложился, по выражению Б. Х. Кармышевой «историко-культурный комплекс, носителей которого с начала XV века стали именоваться чагатайскими тюрками». Слово «чагатай» стало использоваться в значении, близком к этнонимическому. После разгрома кочевыми узбеками в начале XVI века осколков Тимуридского государства местное оседлое население — тюрки и таджики продолжало называть себя, в отличие от узбеков, чагатайским народом. Как отмечала Кармышева «термин чагатай имел тенденцию к расширению своего значения» и совпадению с терминами «тат» в Хорасане, «таджик» и «сарт» в Мавераннахре. Термины «тат», «таджик» и «сарт» сначала использовались для обозначения ираноязычного населения, а по мере перехода тюрок к оседлому образу жизни и перехода населения в оазисах к единому хозяйственно-бытовому укладу, но различающихся по языку, ко всем жителям культурных оазисов Мавераннахра и Восточного Хорасана, независимо от языка.
В XIX веке в Фергане и Ташкенте термином «сарт» обозначалась конкретная этнографическая группа. В центральных же районах Узбекистана, в основном на территории бывшего Бухарского ханства, как показала Хорезмская археолого-этнографическая экспедиция АН СССР этот термин использовался редко, или совсем не использовался.
Как отмечала Кармышева, термин сарт обозначал оседлое население культурных оазисов и был распространен в Южном Казахстане, Фергане и Хорезме. В этих оазисах он служил и самоназванием оседлого населения. В Иране же и Хорасане использовался термин «тат». На территориях бывшего Бухарского ханства термины «сарт» и «тат» не использовались. У потомков дештикипчакских узбеков эквивалентом этих терминов был термин «таджик», который они употребляли не в смысле этнонима, а как определение культурного типа, то есть исконное оседлое население.
Сарты Кокандского ханства Р. Набиев, в книге «Из истории Кокандского ханства» 1973 года при упоминании термина «сарт» поясняет, что под ним понималось оседлое земледельческое и городское узбекское и таджикское население равнины Туркестанского края.
Т. К. Бейсембиев, историк-востоковед, специализирующийся на изучении рукописных персо- и тюркоязычных источников и истории Кокандского ханства, в 1980-е годы провел исследование различных списков рукописного памятника кокандской историографии «Та’рих-и Шахрухи» (История Шахруха) за авторством Муллы Нийаз-Мухаммад Хуканди. Это сочинение охватывает всю историю существования Кокандского ханства от начала XVIII века до начала 70-х годов XIX века.
Согласно Та’рих-и Шахрухи этнический состав Кокандского ханства был разнообразным. Кроме многочисленных кочевых народов, оседлыми жителям Ферганы были названы сарты, таджики и узбеки. Как отмечает Бейсембиев, этноним «сарт» (сартиййа) в сочинении Хуканди кроме узкого, имел и более широкое значение, обозначая все оседлое население Ферганы в противовес кочевому (илатиййа).
Согласно описанию Хуканди этнического состава областей Кокандского ханства в Ташкентском районе и Кураме оседлыми жителями были сарты, таджики и «анди». В Ура-Тюбинском владении оседлыми были сарты и таджики. Анализируя первоисточник, Бейсембиев приходит к выводу, что в Фергане наиболее многочисленными были сарты, кипчаки и киргизы, а в Ташкентском районе и Кураме — сарты, курама и казахи.
В первой главе Та’рих-и Шахрухи, в рассказе о воцарении в 1709 году Шахрух-хана и основании Коканда говорится, что в многочисленных селениях вокруг того места, где в будущем будет Коканд, проживали узбеки и сарты.
Сарты Хивинского ханства Востоковед Ю. Брегель провел исследования и в 1978 году опубликовал работу The Sarts In the Khanate of Khiva (Сарты Хивинского ханства).
Основными выводами его исследований было: Во-первых, сарты в Хивинском ханстве отличались от узбеков, по крайней мере до первой половины XIX века. Отличались по происхождению. Сарты происходили от древнего оседлого населения Хорезма. По культурным традициям, так как были городскими жителями или крестьянами. По географическому расположению. Сарты были расселены в основном в южной части государства. По социальному статусу. Сарты были райа, то есть податное сословие, а узбеки — сипахи, воины. Также различие было по роли их лидеров в управлении государства. Во-вторых, термин сарты был самоназванием этой группы населения вплоть до 1917 года. Сарты определенно рассматривались узбеками как другая этническая группа, как другой народ. В третьих, хотя в XIX веке сарты Хорезма говорили на тюркском диалекте, близком, но отличающимся от диалекта кочевых и полукочевых узбеков, существовали косвенные признаки того, что они были вероятно двуязычными, и использовали (по крайней мере часть из них) также персидский или таджикский язык. В четвертых, постепенная интеграция этих двух частей населения Хорезма, сартов и узбеков, происходила на всех уровнях. Географически — узбеки селятся в южных частях страны и смешиваются с сартами. Социально — узбеки становятся налогоплательщиками, в то время как сарты начинают служить как нукеры. Политически — сартская аристократия более или менее успешно стала разделять власть с узбеками. Культурно — узбеки переходят к оседлому образу жизни и становятся городскими жителями или крестьянами. Лингвистически — тюркификация сартов, вероятно, была завершена в XIX веке. Однако так как этот лингвистический процесс был недавним, то интеграция к началу XX века не была завершена полностью.
Поэтому, как с точки зрения самосознания местного населения, так и с точки зрения европейских наблюдателей, оставались двумя различными народами, хотя и очень близкими друг к другу.
Сарты Восточного Туркестана Современный этноним «уйгур» в русскоязычных источниках XIX века не использовался. Использовались термины «кашгарлыки», «сарты», «татары Восточного (Китайского) Туркестана».
Н. В. Богоявленский, бывший российским консулом в Западном Китае в конце XIX — начале XX века, описывая город Кашгар, отмечал, что там китайцы и мусульмане живут раздельно. Китайцы — только администрация и войска, и «китайский элемент теряется среди тюркского», а мусульманское население Кашгара «представлено исключительно сартами». Под сартами автор понимал уйгуров Кляшторный и Колесников сделали специальную пометку, что под термином «сарт» Богоявленский имел ввиду современных уйгуров ().
Зарубин считал, что кашгарцы Восточного Туркестана это отуреченное иранское население, которое от узбеков-сартов отличалось «лишь незначительными диалектическими особенностями». Он утверждал, что таранчи себя называли сартами и позже вместе с кашгарцами приняли имя уйгуров.
Происхождение термина «сарт»