Резня в Айдыне (), некоторые турецкие авторы предпочитают использовать термин Бой в Айдыне (Faruk Sükan, Hasan Basa, Muǧla İl Yıllıǧı, 1967, İş Matbaacılık, 1968, p. 315.) — событие начальной стадии греко-турецкой войны 1919—1922 годов.
События получили отражение в книгах «Мёртвые ждут» (Οι νεκροί περιμένουν − 1959) и «Земли обагрённые кровью» (Ματωμένα χώματα − 1962) уроженки Айдына и известной греческой писательницы, Дидо Сотириу.
Предыстория 30 октября 1918 года, между представителями победившей в Первой мировой войне Антанты и потерпевшей поражение Османской империи было заключено Мудросское перемирие. 7-я статья документа гласила, что союзники имеют право на оккупацию любого города и любого пункта, имеющего важное стратегическое значение. На Смирну претендовала Италия, которая уже контролировала юго-запад Малой Азии и войска которой находились южнее Измира. Чтобы ограничить амбиции Италии, Великобритания Франция и США приняли решение предоставить оккупацию Измира Греции, о чём итальянцам было объявлено 12 мая 1919 г.Δημητρης Φωτιαδης, Σαγγαριος,Φυτρακης,1974,σελ.135-137
13 мая 1919 года «Совет Четырёх» (Великобритания, Франция, Италия, США) признал за Грецией право на оккупацию Смирны, о чём по его поручению британский адмирал Р. Вебб специальной нотой уведомил султанское правительство. Главную роль в принятии этого решения сыграла Великобритания, которая, рассчитывая получить на Ближнем Востоке надёжного союзника в лице Греции, поддержала её территориальные претензии.
Высадка а греческой 1-й пехотной дивизии, которой командовал полковник Николаос Зафириу, предполагалась мирной и началась мирно. Одновременно с греческими войсками (около 12 тысяч человек) произвёл высадку и небольшой англо-франко-американо-итальянский десант (800 человек), принявший от турецких солдат береговые укрепления и батареи. В турецких казармах находилось около 3 тысяч солдат. Вместе с жандармами это составляло 4 тысячи вооружённых турок.
Итальянцы, которые никак не могли успокоиться из-за потери Измира, подготовили провокацию. Ими были вооружены лодочники в порту, а итальянский полковник Корросини выпустил из тюрьмы всех уголовников. Когда началась высадка войск и греческое население приветствовало своих освободителей, началась стрельба из лодок, а замешавшиеся в толпе уголовники наносили встречающим ножевые ранения. В дело подключились вооружённые турецкие солдаты и жандармы. 4-му греческому полку удалось навести порядок лишь через час, взяв в плен 540 турецких солдат жандармов и 28 офицеров. 2 тысячам вооружённых турок удалось уйти, положив начало как турецкому сопротивлению, так и зверствам по отношению к безоружному греческому населению, как это случилось впоследствии в резне греческого населения города Айдын. Воспользовавшись беспорядками, итальянцы ещё раз запросили у союзников право на оккупацию Измира, но в очередной раз получили отказ.
К концу мая греческие войска заняли весь вилайет Смирны, а с ростом турецкого сопротивления и налетов турецких чет на зону оккупации стали расширять её уже без согласия союзников[George Horton,The Blight of Asia, pages 76-83,ISBN 960-05-0518-7]Δημητρης Φωτιαδης, Σαγγαριος, Φυτρακης, σελ.150-154].
Действия итальянцев Итальянские транспорты стали высаживать свои войска, предназначавшиеся для высадки в Смирне, в Аясулуке (Эфес (город)Δημήτρης Φωτιάδης, Ενθυμήματα, εκδ. Κέδρος 1981. Они заняли Сокью (тур Сёке) и расширили свою зону оккупации вплоть до левого берега реки Меандр (тур. Большой Мендерес). Итальянцы превратили этот регион в базу для турецких чет. Отсюда четы совершали налёт на греческую зону и сюда возвращались после налётов.
Занятие Айдына Части 1-й пехотной греческой дивизии заняли Айдын (в древности и византийский период город именовался Траллис — Τράλλεις) 14 мая. Греческий историк Д. Фотиадис пишет, что в городе жили 11 тысяч греков. Рапорт 1-го корпуса армии даёт несколько меньшие цифры. Из общего числа 35 тысяч жителей, 25 тысяч были турками, греков было 6 тысяч, евреев 3,5 тысяч, остальные армяне и другие. Сюда следует добавить 2,5 тысяч греков из Акче, Султан-хиссара, Омерлу и др населённых пунктов бежавших под защиту греческой армии и греков бежавших от гонений на греческое население в «союзной», итальянской зоне. Таким образом, согласно армейскому докладу, на момент занятия города в нём проживало 8,5 тысяч грековΓιάννης Καψής, 1922, Η Μαύρη Βίβλος, εκδ. Νέα Σύνορα, 1992, ISBN 960-236-302-9.
Айдын был занят полковником Схинасом, который имел под своим командованием 3 батальона пехоты и 1 артиллерийскую батарею. Один взвод занял соседнее село Омурлу. Учитывая тот факт, что турки в городе были вооружены и находились в контакте с иррегулярными четами за городом, Схинас располагал небольшими силами.
Полк был встречен с энтузиазмом греческим населением города. Все турки Айдына были вооружены, но вступление полка в город было мирным. Турки Айдына согласились не оказывать сопротивления, запросив и получив гарантии, что турецкое население города не подвергнется опасности. Но в окрестностях города оставались иррегулярные отряды турокΚυριακής Μαθιώτη «ΑΪΔΙΝΙ» Εκδόσεις ΚΩΔΙΚΑΣ, http://logomnimon.wordpress.com/2013/02/13/για-το-αϊδίνι/ . Яннис Капсис, современный историк и писатель, бывший также министром иностранных дел Греции, пишет, что хуже всего был тот факт, что у города протекала река Меандр, которая была рубежом итальянской зоны. В итальянской зоне расположился лагерь Джина, где под итальянской протекцией и поддержкой иррегулярные турецкие четники и кемалисты готовили налёт на Айдын. Капсис пишет, что соучастие итальянцев в последовавшей резне не подлежит сомнению.
Резня
Первая атака началась в полдень 27 июня, когда греческий патруль у железнодорожной станции в Malgaç, к югу от Айдына, подвергся атаке 400 четников отряда зейбеков, который возглавлял Yörük Ali Efe.
28 июня турецкие иррегулярные и регулярные силы с пулемётами и орудиями свободно перешли мост, охраняемый итальянцами. Турки атаковали Айдын при артиллерийской поддержке итальянцев и использовали тяжёлые орудия, которые предоставили им итальянцы. Схинас, который не принял мер предосторожности, совершил ещё одну, роковую, ошибку. Он оставил блок посты вокруг города и собрал все свои силы в городе. По описанию будущего митрополита Смирны и великомученика Хризостома, «полковник Схинас приказал сбор частей в городе … то есть применил … план атакующих, которые стремились перенести бой в город, где большое число турок было вооружено… Турки безудержно ворвались в греческий квартал. Последовали огонь и резня, которые продолжались 4 дня… Пленённые были уведены вглубь Азии и их судьба это отдельное повествование».
Схинас бежал из города. Оставшись без командования, его солдаты стали отходить.
С отходом армии из города, орды иррегулярных зейбеков и неразоруженные части османской армии, под командование бывшего комдива Шефки и при содействии местного османского населения, учинили резню и сожжение всего христианского и в особенности греческого населения.. С отходящими греческими частями сумели уйти только 800 жителей. Другие пытались укрыться в дружественных турецких дома, большинство укрылось во французском монастыре, который находился под защитой всего 3 французских жандармов. Бежавшие в горы были схвачены и вырезаны. Та же судьба постигла и оставшихся в своих домах. Такой же была и участь искавших убежище в дружественных турецких домах. Налётчики выискивали их и убивали на месте. Спаслись только 4 тысячи человек, из тех что нашли убежище во французском монастыре. Но и они бежали из монастыря, когда огонь из греческого квартала окружил монастырь. По дороге они подверглись нападению зейбеков. Все были ограблены, несколько человек были убиты, но в большинстве своём спаслись.
Пленные греческие солдаты, все до единого, подверглись пыткам и были убиты. Все были найдены с отрезанными ушами, носами и выколотыми глазами. В подобном состоянии были трупы женщин и детей, собранных греческими солдатами в последующие дни в ущельях вокруг города. Уходя, четы сожгли весь греческий квартал и забрали с собой 800 пленённых греческих женщин и детей.
Командующий 1-м корпусом армии генерал Константинос Нидер который посетил город после того, как тот был вновь взят греческой армией, писал в своём докладе: «Перед совершёнными зверствами бледнеет дикость зверей. Жертвы турок подверглись жестоким пыткам, до того как были зарезаны. Отрезались уши, носы, выбивались зубы, выкалывались глаза, у изнасилованных женщин отрезали груди».
По первоначальным оценкам первого корпуса армии, в городе было убито 2000 человек. 700 греческих женщин и детей было вывезено в Денизли и их судьба неизвестна. Из еврейского населения было убито 12 человек, из армянского — один. Греческий и армянский квартал были полностью сожжены. Сгорела небольшая часть еврейского квартала. Сгорела также часть османского квартала, но бо́льшая часть его осталась нетронутой огнём.
Венцом зверств стал тот факт, что перед бегством турок из города они вынудили несколько греческих старейшин подписаться под рапортом, где они негативно отзывались о поведении греческой армии и положительно о поведении турецкой. Через полчаса после этого старейшины были вырезаны.
Капсис считает что за 2 дня было убито 6500 человек греческого гражданского населения. Пленённые в Айдыне женщины и дети были доставлены в Денизли и через несколько дней были вывезены вместе с депортированным греческим населением городов Назили и Денизли на пустынный остров посреди озера Эгирдир. Большинство из этих 5 тысяч человек умерли от голода и лишений. В свою очередь, современный американский политолог Руммель, Рудольф отмечает, что греческое население города либо было убито турками, либо было угнано вглубь Анатолии.
Скауты Айдына
С уходом греческих частей единственным представителем греческой администрации в городе осталась местная организация скаутов. В эти три дня резни и пожаров Никос Авгеридис, во главе десятков скаутов подросткового и детского возраста, пытался помочь своим согражданам, независимо от национальности, помогая раненным и вызволяя людей из горящих домов. Скауты следовали своим принципам «Помогать каждому человеку, в любом случае». Многие из них погибли выполняя свою миссию. 31 скаутов были пленены турками, которые отвели скаутов к берегу реки Эвдон (Εύδονας). Аднан Мендерес, ставший в будущем (1950—1960) премьер-министром Турции, и которого, в качестве союзника по НАТО, греческая дипломатия именовала «другом Греции», потребовал от Авгеридиса отречься от своей нации. Авгеридис воскликнул «Да здравствует Греция» и Мендерес выколол ему глаз клинком. Требование было повторено, и ответ также. Авгеридис и все 31 скаутов, давшие тот же ответ, были растерзаны и их тела были выброшены в реку.
Тела скаутов были найдены греческой армией в реке через 2 дня. 20-летняя Элли Сфецоглу, бывшая одним из комиссаров скаутов и возглавлявшая встречу греческой армии при её вступлении в город, скрывалась с матерью и младшим братом в пещере Цакироглу. Она была ослеплена и подверглась пыткам. При этом Элли кричала «греческая армия вернётся и накажет вас». Все трое были убиты.
Возмездие Кондилиса
В день когда Айдын был занят турками, в Смирну, с Украины, где он принимал участие в экспедиции Антанты в поддержку Белого движения (см. Украинский поход греческой армии), прибыл 3-й полк полковника Кондилиса. Кондилису было поручено «наказать мясников Айдына». Без передышки Кондилис перебросил свой полк в Идемиши, желая перекрыть туркам дорогу к отступлению. Но турецкие четники и солдаты уже ушли за Меандр, в итальянскую зону, в лагерь в Дзину.
Перед входом греческой армии в город, османское население, осознав совершённые злодеяния, обратилось к оставшимся в живых грекам с просьбой посредничать в предоставлении письменных гарантий безопасности. Греческое командование дало письменную гарантию, но несмотря на это, из 25 тысяч мусульманского населения, в городе решило остаться только 50 мусульман.