Радика́льный фемини́зм (сокращённо радфем) — течение феминизма, которое призывает к радикальному изменению общества и устранению мужского превосходства в социальной и экономической сферах.
Радикальные феминистки считают общественное устройство патриархальным, где мужчины доминируют и угнетают женщин, стремясь ликвидировать патриархальный уклад. Это включает противостояние сексуальной объективации женщин, повышение осведомлённости в обществе о таких явлениях как изнасилование и насилие над женщинами и отказ от гендерных ролей. Радикальные феминистки выступают за создание организации независимых, исключительно женских движений, указывая, что все мужчины заинтересованы в подавлении женщин.
В 1970 году Шуламит Файрстоун писала в «Диалектике пола: случай феминистской революции» (): «Конечной целью феминистской революции должно быть не только, как это было у первого феминистского движения, ликвидация мужских привилегий, но и ликвидация разделения на основании пола в принципе: различия гениталий у людей больше не будут иметь культурного значения»
Ранний радикальный феминизм, возникший в рамках второй волны феминизма 1960-х годов, обычно рассматривает патриархат как «трансисторический феномен» (), являющийся самой критичной формой угнетения, «не только старейшей и наиболее универсальной формой господства, но основной её формой». Позднее политические идеологии, развившиеся из радикального феминизма, варьировались от культурного феминизма до более синкритических взглядов, которые рассматривали экономические и классовые проблемы в одном ряду с патриархатом.
Радикальные феминистки находят причину угнетения женщин в патриархальных гендерных отношениях, а не в правовых системах (как либеральные феминистки) или классовых конфликтах (как в анархистском, социалистическом и марксистском феминизме).
Теория Радикальные феминистки утверждают, что общество — это патриархат, в котором класс мужчин является угнетателем класса женщин. Они предполагают, что угнетение женщин является наиболее фундаментальной формой угнетения, существовавшей с момента зарождения человечества.
Как писала радикальная феминистка Ти-Грейс Аткинсон в своей фундаментальной работе «Радикальный феминизм» (1969): Первое дихотомическое разделение масс [человечества], как утверждается, было осуществлено на основании пола: самцы и самки … Так случилось, потому что половина человеческого рода тащит ношу репродуктивного процесса и потому мужчина, ‘рациональное’ животное, сообразил как воспользоваться этим, чтобы те, кто вынашивали детей, были загнаны в политический класс: биологически обусловленная ноша превратилась в политическое (или необходимое) наказание, таким образом, изменяя определение этих индивидуумов из людей в функции или животных
Также радикальные феминистки утверждают, что из-за патриархата женщины стали рассматриваться как «другие» по отношению к мужской норме, и поэтому их систематически угнетали и маргинализовали, а мужчины как класс извлекают выгоду из притеснения женщин. Представительницы радикального феминизма считают, что все мужчины заинтересованы в угнетении женщин и активно участвуют в воспроизводстве патриархального механизма подавления и контроля. Они утверждают, что главным элементом патриархата является отношения доминирования, где одна сторона доминирующая и использует вторую для выгоды первой. Радикальные феминистки считают, что мужчины (как класс) используют общественные системы и другие методы контроля, чтобы держать женщин и недоминирующих мужчин подавленными. Радикальные феминистки стремятся ликвидировать патриархальный уклад, бросив вызов существующим общественным нормам и институциям, и считают, что ликвидация патриархата освободит всех от несправедливого общества. Ти-Грейс Аткинсон настаивала, что стремление к власти побуждает класс мужчин продолжать угнетать класс женщин, аргументируя, что «нужда мужчин выступать в роли угнетателя является источником и основой для любого угнетения человека».
Влияние политической активности радикальных феминисток на женское освободительное движение в 1960—1980-х было значительным. Основательница радикально-феминистской группы «Красные чулки», Эллен Уиллис, писала в 1984 году, что радикальные феминистки «сделали вопросы сексуальности публичными темами», разработали лексику второй волны феминизма, помогли легализовать аборты в США, «были первыми, потребовавшими равенства в так называемой частной сфере» («ведение домашнего хозяйства, дети, эмоциональная и сексуальная сферы»), а также «создавшими безотлагательную атмосферу», которая почти привела к принятию американской .
Влияние радикальных феминисток в США демонстрирует то, что эти вопросы стали рассматриваться «Национальной организацией женщин», феминистской группой, которая ранее почти полностью рассматривала только экономические вопросы.
Взгляды на секс-индустрию
Работы радикальных феминисток охватывают широкий спектр вопросов касательно секс-индустрии — которую они подвергают критике — включая: травмы женщин в процессе изготовления порнографии, социальный вред от потребления порнографии, принуждение и бедность, которые вынуждают женщин становиться проститутками, долгосрочные последствия проституции, расовая и классовая природа проституции, мужское превосходство над женщинами в проституции и порнографии.
Проституция Радикальные феминистки считают, что большинство попавших в проституцию женщин были принуждены сутенёрами, торговцами людьми, бедностью, наркозависимостью или травмами (например, травма от растления малолетних). Женщины из низших социально-экономических классов: нищие женщины, женщины с низким уровнем образования, женщины из самых притесняемых расовых и этнических меньшинств количественно преобладают в проституции по всему миру. Кэтрин Маккиннон писала: «Если проституция — это свободный выбор, тогда почему именно женщины с наименьшей возможностью выбора, зачастую занимаются ею?». Большинство проституток, опрошенных в рамках исследования, которое включало 475 человек, задействованных в проституции, сообщили, что они переживают трудный период своей жизни и большинство хотели бы прекратить это занятие.
Маккиннон утверждает, что «в проституции женщины занимаются сексом с мужчинами, с которыми они никогда не вступили бы в половые отношения в ином случае. Таким образом, деньги действуют как форма силы, а не как мера согласия. Они действуют так же, как физическая сила при изнасиловании». По мнению радикальных феминисток, нельзя сказать, что какой-либо человек действительно соглашается на собственное угнетение, и никто не должен иметь право соглашаться на угнетение других. По словам Кэтлин Бэрри, согласие не является «волшебной палочкой, которая нивелирует существование угнетения, а насилие по согласию — это всё равно насилие»Barry, Kathleen (1995). The Prostitution of Sexuality: The Global Exploitation of Women. New York: New York University Press.. Андреа Дворкин писала в 1992 году: «Проституция сама по себе является насилием над женским телом. Тех из нас, кто это говорит, обвиняют в простодушии. Но проституция очень проста. … В проституции ни одна женщина не остаётся целостной. Невозможно использовать человеческое тело так же, как женские тела в проституции, и иметь целостное человеческое существо по итогу процесса, или в середине, или ближе к его началу. Это невозможно. И ни одна женщина не восстановит целостность позже, после»
Она утверждала, что «проституция и равенство для женщин не могут существовать одновременно», и для искоренения проституции «мы должны искать способы использования слов и закона, чтобы положить конец оскорбительной продаже и покупке тел девочек и женщин для сексуального удовольствия мужчин».
По мнению радикальных феминисток, проституция — краеугольный камень патриархального господства и сексуального подчинения женщин, что отрицательно сказывается не только на женщинах и девушках, занимающихся проституцией, но и на всех женщинах в целом, поскольку проституция постоянно подтверждает и усиливает патриархальные определения женщин как имеющих основную функцию сексуального служения мужчинам. Радикальные феминистки считают, что крайне важно, чтобы общество не заменяло один патриархальный взгляд на женскую сексуальность — например, что женщины не должны заниматься сексом вне брака или отношений и что случайный секс постыден для женщины и т. п. — другим столь же репрессивным и патриархальным взглядом — принятием проституции, сексуальной практики, основанной на глубоко патриархальном конструкте сексуальности: что сексуальное удовольствие женщины не имеет значения, а её единственная роль во время секса — подчиняться сексуальным требованиям мужчины и делать то, что он ей говорит, что секс должен контролироваться мужчиной, и что реакция и удовлетворение женщины не имеют значения. Радикальные феминистки утверждают, что сексуального освобождения для женщин невозможно добиться, пока мы нормализуем неравные сексуальные практики, когда мужчина доминирует над женщиной. «Повышение феминистского сознания остаётся основой для коллективной борьбы и последующего освобождения женщин».
Радикальные феминистки категорически возражают против патриархальной идеологии, которая выступает одним из оправданий существования проституции, а именно, что проституция является «неизбежным злом», потому что мужчины не могут контролировать себя; поэтому «необходимо», чтобы небольшое число женщин было «принесено в жертву» для использования и жестокого обращения со стороны мужчин, чтобы защитить «целомудренных» женщины от изнасилований и домогательств. Эти феминистки рассматривают проституцию как форму рабства и говорят, что проституция не только не снижает количество изнасилований, но и ведет к резкому увеличению сексуального насилия в отношении женщин, посылая сигнал о том, что для мужчины приемлемо обращаться с женщиной как с сексуальным инструментом, над которым он имеет полный контроль. Мелисса Фарли утверждает, что высокий уровень изнасилований в Неваде связан с легальной проституцией. Невада — единственный штат США, в котором разрешены легальные публичные дома, и он занимает 4-е место из 50 штатов США по преступлениям из-за сексуального насилия.
Женщины из числа коренного населения особенно подвержены проституции. В Канаде, Новой Зеландии, Мексике и Тайване исследования показали, что женщины из числа коренного населения находятся в нижней части расовой и классовой иерархии проституции, часто подвергаются наихудшим условиям, самым жестоким требованиям и продаются по самой низкой цене. Женщины из числа коренного населения обычно количественно преобладают в проституции в сравнении с их общей численностью населения. Это результат объединённых факторов колониализма, физического вытеснения с исконных земель, разрушения местного социального и культурного порядка, женоненавистничества, глобализации и неолиберализма, расовой дискриминации и чрезвычайно высокого уровня насилия, совершенного против них.
Порнография
Радикальные феминистки, особенно Кэтрин Маккиннон, заявляют, что производство порнографии влечет за собой физическое, психологическое и/или экономическое принуждение женщин, которые задействованы в ней. Говорят, что это верно даже тогда, когда изображено, что женщина сама получает удовольствиеShrage, Laurie (13 July 2007). «Feminist Perspectives on Sex Markets: Pornography» . In Stanford Encyclopedia of Philosophy.. Также утверждается, что многое из того, что показано в порнографии оскорбительно по самой своей природе. Гейл Дайнс считает что порнография, в частности гонзо-порнография, становится всё более жестокой и что с женщинами, которые снимаются в порнографии, жестоко обращаются в процессе её производства.