Ру́сская океа́нская экспеди́ция в Испа́нию (Испа́нская экспеди́ция) — первая удачная дальняя русская океанская экспедиция в составе группы кораблей. Состоялась под руководством капитана 3-го ранга И. Кошелева в 1725 — 1726 годах. По результатам экспедиции её командир произведён через чин сразу в капитаны 1-го ранга, «понеже он в Испании с российскими кораблями был первый».

Предыстория Для русских моряков были привычными плавания от Британии до Финского залива, потому что в 1712—1714 годах в Англии и Голландии приобретались корабли, которые надо было транспортировать в Россию.

Идея более дальней экспедиции впервые возникла в 1711 году, когда в результате неудачного Прутского похода Россия лишилась выхода к Азовскому морю. Пётр I надеялся добиться у турок разрешения провести через Босфор и Дарданеллы корабли Азовского флота «Гото Предестинация», «Ластка» и «Шпага», с тем чтобы они через Средиземное море ушли в Балтику. На корабли уже были назначены командиры: Симон Шхон, Питер Бредаль и Витус Беринг. Однако турки не позволили пройти проливы, и корабли были проданы Османской империи.

В 1717—1719 годах корабль «Армонт» под командованием Якоба Блория совершил плавание из Санкт-Петербурга в Венецию. Любопытно, что Блория на капитанском мостике «Армонта» сменил И. Кошелев, будущий командир Испанской экспедиции.

Следует учесть, что начиная с 1714 года правительство предпринимало неоднократные попытки добраться до Индии. Первоначально речь шла о речном пути. В 1715 году экспедиция поручика А. Бековича-Черкасского обнаружила древнее устье Амударьи (Узбой), когда-то впадавшей в Каспийское море. В следующем году на этом месте был заложен форт, но восточнее Каспия продвинуться не удалось: в 1717 году экспедиция погибла в Хивинском ханстве. Тем не менее через год в Бухарское ханство назначается Ориентальная экспедиция во главе с Ф. Беневени, длившаяся до 1725 года.

В 1719—1720 годах экспедиция под командованием капитан-поручика К. Вердена составляет описание западного и южного берега Каспийского моря. По инструкции Верден везде должен был распространять слух, что описание делается исключительно с коммерческими целями, но вслед за экспедицией последовал Персидский поход (1722—1723). Вероятно, речной путь в Индию показался не очень простым, и в разгар Персидского похода правительство возвращается к идее дальней морской экспедиции.

Начало подготовки а вице-президент Адмиралтейств-коллегии адмирал К. Крюйс получает указание готовить корабль «Девоншир», фрегат «Эсперанс» и гукор «Кроншлот» (или вместо него фрегат «Св. Яков») для отправки в известную экспедицию. Капитан Кошелев впервые упоминается в связи с этой экспедицией , из последующих документов ясно, что он является командиром «Девоншира» и всей экспедиции.

Экспедиция готовилась в условиях секретности, поэтому пункт её назначения из документов неясен. Первая версия была высказана в сообщении резидента Республики Семи Объединённых Нижних земель (Нидерландов) в России Вильгельма де Вильде от а: В настоящую минуту в Кроншлоте снаряжаются три военные корабля. На них будут укладывать ружья, боевые припасы, канаты и прочее, и, как говорят, с первым попутным ветром пошлют их в Испанию. Адмиралу Крюйсу поручено производить снаряжение судов в эту экспедицию, и потому он ездил уже несколько раз в Кроншлот для надзора за их нагрузкой. Некоторые думают, что груз их назначается в Восточную Индию, но положительно утверждать это нет ещё достаточно основания. Из русских документов следует лишь то, что: Кошелев собирался вести экспедицию в открытый океан, обходя Британские острова с западной стороны; командир гукора «Крошлот» лейтенант Василий Шапкин был против выхода в открытый океан, и вроде бы предполагалось, что гукор должен будет оторваться от экспедиции в Северном море и следовать Ла-Маншем во французский Бордо; на пути экспедиции могли встретиться берберские пираты или мавры.

президент Адмиралтейств-коллегии Ф. М. Апраксин отдал устный приказ разоружить в Ревеле «Девоншир» и «Эсперанс», отложив экспедицию до следующей навигации (эта мера не касалась гукора «Крошлот»). По утверждению советских исследователей А. Б. Давидсона и В. А. Макрушина, капитан Роберт Нанинг «за пропуск удобного времени для похода в указанное место» был отдан под суд. В то же время данное утверждение представляется необоснованным по следующим причинам: в «Материалах для истории русского флота» Р. Наннинг нигде не упоминается ни в связи с Испанской экспедицией, ни в связи с наказанием за неё; во время экспедиции и подготовки к ней Наннинг не только не был капитаном, но даже звание капитан-лейтенанта получил только а; всего спустя полтора года после своей мифической отдачи под суд, а лейтенант Наннинг прикомандирован на 3 месяца к Санкт-Петербургскому адмиралтейству для участия в кригсрехтах.

Скорее, истинной причиной отложения экспедиции стала идея вице-адмирала Д. Вильстера об отправке Мадагаскарской (Индийской) экспедиции с целью создания на Мадагаскаре русской перевалочной базы для морских плаваний в Индию.

Завершение подготовки

Подготовка Испанской экспедиции возобновляется а в составе тех же кораблей. Ответственность за подготовку возложена теперь на главного командира Ревельского порта шаутбенахта Я. Фангофта. император Пётр приказал вновь отложить экспедицию, «Девоншир» и «Эсперанс» разоружить и выгрузить, а «Кроншлот» направить во Францию. В результате в октябре 1724 — сентябре 1725 года гукор «Кроншлот» (лейтенант В. Шапкин) совершил плавание во французский Бордо, а остальные два корабля опять зазимовали в Ревеле.

а на заседании Сената были заслушаны донесения торгового советника в Кадисе князя И. А. Щербатова и консула в Бордо И. А. Алексеева. По изучении донесений Пётр I издал указ о том, что необходимо направить в Испанию три, а во Францию — один корабль с товарами. Интересно, что в те же дни император принял решение об отправке Первой Камчатской экспедиции под командованием капитана 1-го ранга В. Беринга.

командир Ревельской эскадры шаутбенахт лорд К. Дуффус получил указание обеспечить к а готовность к совершению дальних плаваний кораблям «Девонширу», «Эсперансу», «Армонту», «Декронделивде» и «Амстердам-Галею». Уже в феврале 1725 года определено, что «Девоншир» вместе с участвовавшими в неудачной Мадагаскарской экспедиции фрегатами «Амстердам-Галей» (капитан-лейтенант Д. И. Мясной) и «Декронделивде» (капитан-лейтенант М. Киселёв) отправляется в Испанию под общим командованием Кошелева. Ранее предназначавшийся в экспедицию Кошелева «Эсперанс» решено вслед за «Кроншлотом» тоже отправить во Францию.

Находившиеся в экспедиции товары по документам (фактурам и коносаментам) числились отправляемыми от имени петербургского купца Алексея Семенникова в адрес находящегося в Испании его брата Льва Семенникова. Морские офицеры по этим документам были указаны как шкиперы. Последним шагом в подготовке экспедиции стало решение продать в Испании «Амстердам-Галей» и «Декронделивде», если будет предложена достаточная цена.

а сменившая Петра Великого императрица Екатерина I своим указом составила инструкцию руководителю экспедиции «от флота шкиперу Ивану Михайлову». корабли вышли из Ревельской гавани и встали на рейд. последний визит в эскадру нанёс ревельский флагман лорд Дуффус.

Плавание Отряд преодолел маршрут: Ревель () — датский Эльсинор () — о. Тромзунд возле норвежского Арендала () — среди Оркнейских островов () — шотландский о. Льюис в архипелаге Внешние Гебриды () — Голуэйский залив в Ирландии () — португальский мыс Сан-Висенте () — испанский Кадис (). По прибытии флагман эскадры отправил донесение президенту Адмиралтейств-коллегии: Сего августа 16 дня 1725 года корабль Девоншир и фрегаты Кронделивде и Амстердам-Галей и при них служители прибыли в Испанию к городу Кадиксу благополучно, а товары начали сего нижеписанного числа сгружать, а чтож умедления имели в пути нашем, и на оное покорно доношу, понеже стояли жестокие противные ветры, отчего корабль Девоншир раскачало, что и борты от палубы отставали; и для оного принуждены были зайти в Ирляндию в реку Лимрику, для покупки кокор и утверждения борта к палубе…

Выгрузив товар и нагрузившись солью, так и не реализовав намерение продать в Испании русские фрегаты, эскадра снялась с якоря и взяла курс на Родину. отряд пришёл в Лиссабон, а суда вынуждены были зайти в порт Сантандер, угодив в Бискайском заливе под шторм.

Во время зимовки в Сантандере капитан Кошелев получил задание приискать в европейских странах 5—10 штурманов для службы в русском флоте.

Снова в море получилось выйти только а. Обогнув с запада остров Великобритания, корабли взяли курс на пролив Скагеррак и были в Эльсиноре. Зайдя в Копенгаген, уже через 10 дней эскадра достигла начального пункта своего путешествия — Ревеля. В Ревеле эскадру инспектировал контр-адмирал Т. Сандерс, после чего она отправилась в Кронштадт, чтобы торжественно войти в гавань.

Итоги экспедиции

а, на следующий день после прибытия экспедиции в Кронштадт, по указу Екатерины I командир эскадры от флота 3-го ранга капитан Иван Кошелев, «другим не в образец», произведён через чин сразу в капитаны 1-го ранга, «понеже он в Испании с российскими кораблями был первый».

Адмиралтейств-коллегия приняла решение, что все обер- и унтер-офицеры, принимавшие участие в Испанской экспедиции, по достижении 4 лет выслуги в текущем звании освобождаются от сдачи экзамена при производстве в следующий чин. В составе экипажей набирались опыта некоторые будущие участники Великой Северной экспедиции, в частности, Д. Л. Овцын.

Испанцы дали хороший отзыв о русской парусине и попросили ещё. В свою очередь, в Россию экспедиция доставила не только соль, но также изюм, оливковое масло и двух оказавшихся за границей русских подданных, неких Марью с дочерью Аникой.

Наконец, а во французский Бордо отправился последний из готовившихся первоначально в секретную экспедицию под руководством капитана Кошелева судов — фрегат «Эсперанс» (капитан Михаил Антуфьев). Отправка кораблей во Францию не сулила коммерческой выгоды, однако Екатерина I преследовала цель как практического обучения экипажей, так и «для слуха народного, что корабли российские в порты французские ходят».

В 1728 году фрегаты «Амстердам-Галей» и «Декронделивде» совершили плавание от Кронштадта до острова Кильдин (1,5 км от современного Мурманска) в Баренцевом море. Следующего дальнего плавания русскому флоту пришлось ждать до 1764 года, когда фрегат «Надежда Благополучия» под командованием Ф. С. Плещеева совершил плавание от Кронштадта до Ливорно.

Примечания

Литература

Категория:1720-е годы Категория:Транспорт в Российской империи Категория:Военно-морской флот Российской империи Категория:Балтийский флот Категория:Экспедиции и походы