В праславянском языке ударение было свободным, подвижным и музыкальным, однако в большинстве современных славянских языков оно сильно изменило свой характер. Музыкальный характер ударение сохранило только в сербохорватском и словенском языках, однако в новоштокавских диалектах штокавского наречия сербохорватского ударение систематически сместилось на один слог ближе к началу слова. Восточнославянские, болгарский, словинский и кашубский языки сохранили подвижность ударения, но музыкальное ударение в них сменилось динамическим. В чешском, словацком, польском, лужицких и македонском языках ударение утратило как подвижность, так и музыкальный характер. У праславянских существительных выделяют три акцентные парадигмы, которые возникли из двух первоначальных парадигм, одна была с неподвижным ударением на первом слоге, а другая с подвижным.

Происхождение

Древнегреческие и ведийские данные позволяют восстановить для праиндоевропейского языка две акцентные парадигмы — баритонированную (с ударением на корне) и подвижно-окситонированную.

О характере праиндоевропейского ударения ведутся споры. С одной стороны, данные ведийского санскрита, древнегреческого и балтославянских языков указывают на то, что ударение было тоническим. С другой стороны, возникновение аблаута связывается с редукцией гласных, которая обычно характерна для языков с динамическим ударением. Существуют сторонники как тонической (например, А. Мейе и Р. Бекес), так и динамической природы праиндоевропейского ударения. В то же время, существуют компромиссные позиции, согласно которым первоначально ударение носило динамический характер, а под конец существования праязыка изменило свой характер на тонический или сочетало в себе черты и динамического ударения, и тонического.

Ф. Ф. Фортунатов, Й. Миккола и восстанавливали для праиндоевропейского языка две интонации — акут (восходяще-нисходящая) и циркумфлекс (нисходяще-восходящая).

Д. Адамс и Дж. Мэллори, а также Т. Оландер полагают, что ударный слог произносился с высоким (или повышающимся тоном), а безударный с низким (или понижающимся).

Оригинальную гипотезу выдвинул польский лингвист Е. Курилович. Согласно этой гипотезе, древнее состояние сохраняет только ведийский санскрит, древнегреческая система акцентуации является результатом доисторических стяжений гласных, а балтославянская стала результатом передвижения ударения с начальных слогов. При этом наличие в древнегреческом и в балтославянских языках совпадений в месте ударения Курилович считает случайным и несводимым к праиндоевропейскому состоянию. Гипотеза Куриловича была отвергнута научным сообществом.

Л. Г. Герценберг создал гипотезу, согласно которой в праиндоевропейском языке было четыре тона, в основе которых лежало два различительных признака: высота/сила и ларингализованность/фарингализованность. Причём, по мнению учёного, эти тоны могли влиять на согласные звуки.

Характеристика интонаций Для последней фазы существования праславянского языка реконструируют два исконных тона — акут (восходящая интонация) и циркумфлекс (нисходящая интонация) и один инновационный — новый акут, появившийся в результате передвижения ударения. Ф. Ф. Фортунатов считал циркумфлекс нисходяще-восходящей интонацией. С. Б. Бернштейн также считал циркумфлекс нисходяще-восходящей интонацией, а акут — восходяще-нисходящей. В. А. Дыбо считает акут восходяще-нисходящей интонацией, а циркумфлекс нисходящей.

Основаниями для реконструкции акута как восходящей интонации является его отражение в словенском (например, vőrna > «ворона» с восходящей интонацией) и восточнославянских языках (например, vorna > с ударением на втором слоге полногласного сочетания). Кроме того, это хорошо соотносится с латышской восходящей интонацией ( — «мать») и тем, что в прусском славянскому акуту соответствовала интонация, обозначавшаяся макроном на втором элементе дифтонга ( — ).

В транскрипции акут традиционно обозначается значком á, циркумфлекс — ȁ, а новый акут — ã.

В более новых работах акут обозначается a̋, краткий циркумфлекс — ȁ, долгий циркумфлекс — ȃ, краткий новый акут — à, долгий новый акут — ã.

Праславянским интонациям регулярно соответствуют литовские, называющиеся идентично, однако произносящиеся обратно праславянским: литовский циркумфлекс (на письме ͂) является восходящей интонацией, а литовский акут (на письме ´) — нисходящей. Следует учитывать, что конечные акутированные слоги в литовском пережили сокращение по закону Лескина, и акут в них исчез (на кратких слогах в литовском интонации не различаются): «хорошая» при geróji «хорошая» (полная форма), *vilkúo «волком» > vilkù. Циркумфлекс в конечных слогах сохраняется: sesuõ «сестра». В жемайтском диалекте литовского акут отражён как «переломленная» интонация (прерывающаяся гортанной смычкой).

Соответствия славянских интонаций балтийским: Интонацияпраславянскийсербохорватский (штокавский)словенскийлитовскийлатышскийАкут*vólgaвлȁга «влага»vlága «влага»válgyti «есть»val̃gs «влажный»Циркумфлекс*lǫ̑kълу̑к «лук»lȏk «лук»lañkas «обод»lòks «лук, дуга»

Т. Пронк, разбирая работы Дыбо и ряда других исследователей по балто-славянской акцентуации, отмечает, что, помимо древнеиндийских, возможно только праславянские интонации, но не балтские, прямо отражают праиндоевропейскую тональную системуPronk T. On Indo-European tones, accentuation and ablaut // Gotz Keydana, Paul Widmer, Thomas Olander (eds.), Indo-European Accent and Ablaut, University of Copenhagen, Museum Tusculanum Press, 2013, стр. 151—153. По мнению Т. Пронка, праславянские интонации не являются инновацией и рассмотрение их в таком качестве, часто как балто-славянской инновации, представляется затруднительнымPronk Tijmen, On Indo-European tones, accentuation and ablaut // Gotz Keydana, Paul Widmer, Thomas Olander (eds.), Indo-European Accent and Ablaut, University of Copenhagen, Museum Tusculanum Press, 2013, стр. 154—155.

Х. Станг полагал, что славянский акут, в отличие от литовского, сохранил балто-славянскую природуСкляренко В. Г. К истории славянской подвижной акцентной парадигмы // Вопросы языкознания, 1991, № 6, стр. 72Stang Ch. S. Vergleichende Grammatik der Baltischen Sprachen. Oslo, Bergen, Tromso, 1966, стр. 125.

З. Штибер считал, что первоначально акут и циркумфлекс находились в положении дополнительного распределения: акут стоял на долгих слогах (содержащих долгую гласную или долгий дифтонг), а циркумфлекс на кратких. Фонологизация противопоставления произошла после сокращения долгих дифтонгов.

полагал, что акут первоначально находился на слогах с долгими гласными и долгими дифтонгами, возникших после падения ларингалов, а циркумфлекс стоял на кратких дифтонгах и долгих гласных, возникших из стяжения двух кратких.

По мнению М. Каповича, акут мог находиться на любом слоге в слове, при условии, что этот слог этимологически восходил к долгому гласному, дифтонгу или дифтонгическому сочетанию: *a (< *ā, *ō), *i (< *ī), *u (< *au̯, *ou̯), *y (< *ū), *ě (< *ē), *ę, *ǫ, *ьr, *ъr, *ьl, *ъl, *er, *or, *el, *ol, а циркумфлекс мог стоять как на кратких, так и на долгих гласных.

После формулировки ларингальной теории было замечено, что прабалтославянский акут как правило стоит именно на тех слогах, в которых реконструируют ларингалы. В частности корень *u̯er- «жечь» () отразился в праславянском как циркумфлектированное *vôrnъ «ворон», а его вариант *u̯erH- (хеттск. (u̯)arḫ-) как акутированное *vórna «ворона». Циркумфлекс при этом возникал на долгих гласных, возникших из стяжения двух кратких. Это означает, что прабалтославянское противопоставление акута циркумфлексу и аналогичное греческое возникли независимо друг от друга уже после распада праиндоевропейского языка.

Ф. Кортландт считает, что прабалтославянский акут был глоттализованным тоном и сохранился в жемайтском диалекте литовского и латышском языке (переломленный тон). Согласно гипотезе Кортландта, акут характеризовался наличием гортанной смычки, а циркумфлекс её отсутствием.

Близкой позиции придерживается Джей Джасанофф, который полагает, что праиндоевропейские сочетания -VHV- (где, V — любая гласная, а H — любой ларингал) дали в прагерманском, прабалтийском и праславянском сверхдолгие гласные, причём в балтийских и славянских языках оппозиция долгая гласная — сверхдолгая гласная была преобразована в оппозицию глоттализованный тон — неглоттализованный тон. По мнению Джасаноффа тоновая характеристика гласной была независима от места ударения.

Метатония В определённый момент времени в праславянском произошло явление метатонии, когда в определённых положениях (с окончания существительных на *-ša < *-xja, а также с редуцированных *ъ и *ь) ударение перемещалось на предшествующий слог с циркумфлексной интонацией. Такой слог получал новую интонацию, которую Я. Розвадовский назвал «новым акутом» («новоакутовой интонацией»).

Метатония происходила в следующих позициях: при утрате конечного ударного редуцированного в двусложных (после падения редуцированных — односложных) словах в именительном падеже единственного числа существительных, прилагательных и притяжательных местоимений мужского рода ( «король», цр̑н «чёрный», мȏј «мой») в именительном падеже числительных ( «пять») в творительном и местном падежах личного местоимения 3-го лица мужского и среднего родов (чакавск. ńín «им», ńén «нём») в родительном падеже множественного числа (чакавск. žén от ženȁ «женщина»; vlás от vlȃs «волос»; от жѐна; гла́вā от гла́ва «голова»; от žéna; lás от lȃs; gláv от gláva)

Новый акут мог стоять как на кратких, так и на долгих гласных. Являлся, скорее всего, восходящей интонацией. Новый акут сохраняется в чакавских и кайкавских диалектах в виде долгого восходящего ударения, в штокавских диалектах в виде долгого нисходящего ударения (старый акут в сербохорватском языке перешёл в краткое нисходящее ударение), в словенском, чешском и восточнославянском языках новый акут совпал со старым.

А. А. Зализняк считал, что разница между акутом и новым акутом была исключительно количественной: гласный под новым акутом был долгим, а под акутом — кратким, и указывает на чакавские и словенские данные, где противопоставление акута и нового акута носит именно такой характер.

З. Штибер полагал, что метатония имела место после 600 года н. э. и к IX веку в праславянском уже было три интонации.

Для словенского языка и кайкавского диалекта сербохорватского следует постулировать наличие четвёртой интонации, также появившейся в результате метатонии: новоциркумфлексной. Однако данное явление, видимо, возникло уже после распада праславянского языка.

Место ударения По сравнению с праиндоевропейским языком праславянский пережил некоторые передвижки в месте ударения. Ещё к прабалтославянскому периоду относятся закон Хирта и закон Фортунатова—де Соссюра. По закону Хирта, ударение смещалось на предударный слог, если он содержал неслоговый ларингал: «дым» ( , ) > (мн. ч.), (мн. ч.), (род. п. dȉma), (род. п. ды́ма).

В то же время, Т. Г. Хазагеров рассматривает закон Хирта в качестве сомнительного, а Л. А. Булаховский полагал, что в действительности не имеется надежных оснований для принятия закона Хирта в славянском, также, однако, отмечая, что поправка Лер-Сплавинского к закону Хирта, сформулированная для праславянского языка, делает его действие в славянском более вероятнымСкляренко В. Г. К истории славянской подвижной акцентной парадигмы // Вопросы языкознания, 1991, № 6, стр. 74—75Булаховский Л. А. Дискуссии и обсуждения. Материалы к IV Международному съезду славистов // ВЯ, 1958, № 1, с. 42-43.И. К. Можаева. Библиография советских работ по славянской акцентологии за 1958—1962 гг. // Краткие сообщения Института славяноведения, вып. 41. Славянская и балтийская акцентология. М., 1964. с. — 70.