Предпосылки Февральской революции 1917 года в России — сложный комплекс взаимосвязанных внутренних и внешних экономических, политических, социальных и культурных процессов, приведших к Февральской революции 1917 года в России. Некоторые из предпосылок были сформулированы ещё до начала Первой мировой войны в так называемой записке Дурново, философском сборнике «Вехи» и др.
Экономическая ситуация накануне революции
Уровень жизни и социальное страхование рабочих накануне Февральской революции Данные по военной инфляции (по росту цен и зарплат в 1914—1917 гг.) в разных источниках сильно (в 1,5—2 раза) различаются, так же как и данные по абсолютным величинам средних зарплат по Российской империи в целом или на отдельных заводах к февралю-марту 1917 года — от 112 руб. в месяц в среднем по России и 163,3 р. в месяц в металлообрабатывающей промышленности до 160—400 руб. в месяц (в зависимости от разряда рабочих, на Обуховском заводеАрхив истории труда в России. Пгд., 1923. Кн. 9..С. 58—59.) — однако точно известен прожиточный минимум, рассчитанный в феврале 1917 г. на Обуховском заводе в Петрограде (оборонный завод Морского ведомства): «В феврале 1917 г. по распоряжению Морского ведомства среди рабочих было проведено анкетирование о минимальном бюджете рабочей семьи. Анализ этих анкет определил среднюю стоимость содержания семейства из трёх человек в 169 руб. (в месяц), из которых 29 руб. шли на жильё, 42 руб. — на одежду и обувь, остальные 98 руб. — на питание»«Жилье в рамках минимальных потребностей рабочего состояло из одной жилой комнаты и кухни, причем оплата за квартиру включала стоимость освещения и отопления. Одежда и обувь состояли из сапог — 20 руб. пара (из расчета по одной паре в год на человека), галош — 6 руб. (одна пара в год на человека), комплект носильного платья — 60 руб. (полтора комплекта в год), верхнее платье — 120 руб. за комплект (по одному на три года). Минимальный месячный бюджет на питание состоял из расходов на молоко — полторы бутыли в день по 35 коп. за бутылку; 2,1 кг сливочного масла по 6,5 руб. за килограмм; 2,1 кг других жиров по 3,2 руб. за килограмм; мясо или рыба (чередовались через день) — 100 г мяса (20 коп. на каждого члена семьи), 200 г рыбы (20 коп.); ежедневно на всех примерно 1 кг ржаного хлеба (17 коп.), около 600 г пшеничного хлеба (30 коп.), 820 г картофеля (20 коп.), около 60 г капусты кислой (30 коп.); около 600 г крупы разной (22 коп.); полтора яйца, около 3,7 кг сахара (2 рубля 70 коп.).» (Архив истории труда в России. Пгд., 1922. Кн. 9. С. 59). Большинство рабочих Обуховского завода жили гораздо выше прожиточного минимума. Заметим также, что нормы товаров первой необходимости для расчета «минимальной потребительской корзины» в январе-феврале 1917 года закладывались гораздо более высокие, чем в современной России (Сергей Миронов, председатель Совета Федерации, о минимальной потребительской корзине. 1 июля 2009 ).. При этом на Обуховском заводе низшая месячная зарплата (последний разряд) была 160 руб., все остальные рабочие получали от 225 до 400 руб. в месяц, при средней зарплате около 300 руб.Дополнительные сведения об уровне жизни рабочих на Обуховском заводе (по данным «Архива истории труда в России». Пгд., 1923. Кн. 9..С. 58—69): Рабочий день с 1902 года составлял 9 часов, а по субботам и в предпраздничные дни — 6,5 час. При этом нерабочих дней было в году более 110 (до войны). Пенсии и пособия по несчастным случаям на заводе ввели с 1906 г. (на 6 лет раньше, чем в России был принят Закон о соцстраховании). Сверх всех страховых выплат оплачивалось лечение, если рабочий по каким-то причинам лечился не в госпиталях Морского ведомства (там для рабочих Обуховского завода лечение было бесплатным), а в других больницах, платных. В 1909 г. при заводе был открыт роддом и приют для матерей с детьми (аналог яслей и детсадов). При заводе была школа на 500 детей. Далее, завод строил для рабочих жильё ещё с XIX века, а в 1905 г., например, построил 5 жилых домов (с отдельными квартирами) — правда, это жильё считалось служебным, и после увольнения с завода там можно было оставаться не более 6 месяцев… Да, в феврале 1917 года рабочие Обуховского завода тоже бастовали — это при средней месячной заплате около 300 руб. (почти в три раза больше, чем в среднем по России), и при лучшем в мире (на то время) социальном страховании. Требовали пересмотра системы оплаты, повышения зарплаты ещё на 25 %, 8-часового рабочего дня, и, под влиянием агитаторов, выдвигали и политические лозунги — с начала 1917 года и во всех других воюющих странах резко возросло число забастовок, как против тягот войны, так и против продолжения самой войны.. По тем же источникам, месячные зарплаты с начала войны по февраль 1917 года выросли: на Обуховском заводе более чем в 4 раза (месячная зарплата в середине 1914 года была около 71 руб.), то есть полностью компенсировали рост цен; в среднем по России зарплаты рабочих с начала войны выросли в 2,5 — 3 раза (то есть не полностью компенсировали рост цен).
Известно также, что налоги, которые платили рабочие (и вообще люди наёмного труда) в России при Николае II (вплоть до его отречения в марте 1917 года), были самыми низкими среди всех развитых стран, как по абсолютной величине, так и (в меньшей степени) в процентах от зарплаты: «Прямые налоги на 1 жителя в России составляли 3 руб. 11 коп., а косвенные — 5 руб. 98 коп. Во Франции они составляли, соответственно, (в пересчёте) 12,25 и 10 рублей; В Германии — 12,97 и 9,64 рубля; в Англии — 26,75 и 15,86 рубля»Ольденбург С. С. Царствование Императора Николая II. — Белград, 1939 (с.14)Прокопович С. Н. Народный доход в западноевропейских странах. — М., 1922 (с. 52, 62, 177). В процентах от дохода на 1 жителя общая сумма налогов составляла: во Франции 6,5 %, в Германии 7,7 %, в Англии 13,7 % (по данным С. Н. Прокоповича на 1913 г). В России в 1913 г. при средней зарплате рабочих 300 руб.Струмилин С. Г. Очерки экономической истории России. — М., 1960 (С. 122—123).В книге С. Н. Прокоповича (Прокопович С. Н. Народный доход в западноевропейских странах. — М., 1922 (с. 52, 62, 177) берётся доход на 1 жителя России — от 101 руб. 35 коп. ( Экономисты русской эмиграции: Учебное пособие /Под общей редакцией Корицкого Э. Б. — СПб.: Юридический центр Пресс, 2000. А. Л. Дмитриев, Э. Б. Корицкий ) до 126 руб. (Анфимов А. Царствование императора Николая II в цифрах и фактах , табл.11) общая доля налогов составляла менее 4 %, а в 1916 г. при средней зарплате 492 руб. — менее 2 %В царской России подоходного налога не было. В фискальном плане его с лихвой заменяли акцизы на водку, которые давали в 1913 году около 27 % доходов государственного бюджета (хотя потребление алкоголя в России и до сухого закона 1914 г. было очень низким — по разным данным, от 1 л до 3,4 л абс. алкоголя в год — ниже, чем в Европе). Но в 1914 году из-за начала мировой войны был введён сухой закон, и этот источник пополнения казны иссяк. Закон о подоходном налоге разрабатывался в России около 50 лет (в других странах тоже очень долго, но был введён раньше), и был принят только в 1916 году с отсрочкой платежей до 1917 года, но в 1917 началась другая эпоха… (Подоходный налог: в России и «во всем цивилизованном мире» ). В процентах от дохода на 1 жителя России (по С. Н. Прокоповичу) — 7,2 %, что сопоставимо с Германией и Францией, и примерно в 2 раза меньше, чем в Англии.
Социальное страхование рабочих в России после 1912 (и до 1917) года было не хуже, чем в Европе и СШАНазаров М. Россия накануне революции и Февраль 1917 года \\ Наш современник, № 2, 2004.Буркин А. И. Начало. — М.: Купина, 1997.. Согласно данным М. А. Фельдмана(с.45), к 1914 году рабочие казённых фабрик получили и право на государственную пенсию за выслугу лет («за долговременную беспорочную службу». При этом всего пенсию по старости во всей России получало 836 бывших рабочих (там же). Фактически, это была подачка, призванная загасить борьбу рабочих, привязать их к заводу — ведь само положение «о беспорочной службе» давало широкий простор для его толкования, так что проработать 35 лет без замечаний и штрафов было практически невозможно. Кроме того, непрерывный стаж трудно было получить ввиду регулярных увольнений в периоды кризисов). Рабочие отдельных отраслей (горнозаводской) и отдельных заводов были обеспечены государственным социальным страхованием и задолго до 1912 года. Закон о социальном страховании 1912 года распространялся и на рабочих частных предприятий (по страхованию несчастных случаев и по болезни), и они могли получать социальное страхование (и до 1912 года) ещё и через т. н. эмеритуры (2/3 которых обеспечивали хозяева предприятия), в том числе и пенсии за выслугу летК 1913 году государственные пенсии «за выслугу лет» в России имели чиновники всех ведомств всех классов, офицеры и прапорщики армии, жандармского корпуса и др., учителя, а также преподаватели высших учебных заведений, врачи и младший медицинский и обслуживающий персонал казенных больниц и заведений (Свод законов Российской Империи. Том III, Книга вторая. Уставы о пенсиях и Единовременных пособиях ). Чтобы получить пенсию в размере 100 % своей зарплаты (тогда говорили: «получить полный оклад»), следовало проработать 35 лет. Работники, прослужившие 25 и более лет, имели право на «половину оклада». При этом, если болезнь не позволяла человеку не только работать, но даже ухаживать за собой, то «полный оклад» полагался уже после 20 лет работы, 2/3 его − при выслуге не менее 10 лет, а треть — при наличии трудового стажа хотя бы пять лет. После смерти пенсионера получателями становилась вдова (пожизненно) и дети (сыновья — до 17 лет, дочери — до замужества либо до достижения 21 года) (Свод законов Российской Империи. Том III, Книга вторая. Уставы о пенсиях и Единовременных пособиях — в редакции 1912 года), ( Приложение из учебного пособия И. Я. Киселева «Трудовое право России» (Москва, 2001) — раздел 4, глава 7 ), (Громан «Устав о промышленном труде» — с информацией о некоторых законах по соц. страхованию по состоянию до 1 марта 1915 года.). Согласно опубликованным в 1923 году данным «Архива истории труда в России»Архив истории труда в России. Книга 9. — Петроград, 1923, с. 135, 141. пенсии у рабочих городской железной дороги Петрограда в начале 1917 г. очень сильно различались — в пределах от 300 до 3000 р. (и более) в год (то есть от 25 до 250р. в месяц), в 1917 году они были повышены: минимальные на 75 %, максимальные на 25 %. При этом необходимо отметить, что довоенный прожиточный минимум в Петрограде был на уровне 25 рублей, повышение же цен почти в 4 раза означало, что уровень минимальной пенсии был в 4 раза меньше прожиточного минимума. Там же («Архив истории труда в России», с. 135) указано, что семьям рабочих, призванных на военную службу, сохранялось содержание, в зависимости от семейного положения: семьям с детьми — 100 % содержания, бездетным — от 75 до 50 %. При этом пенсии рабочим Петроградской городской железной дороги выплачивались из пенсионной кассы, наполнение которой производилось в том числе из взносов рабочих и служащих дороги. Даже эти незначительные улучшения в жизни дореволюционных рабочих были вырваны ими в результате десятилетий рабочей борьбы, путем стачек, забастовок и восстаний, сурово подавляемых царской властью (путем телесных наказаний, бессудных массовых расстрелов, военно-полевых судов и ссылок на каторгу).
17 октября началась массовая стихийная забастовка рабочих Выборгского района Петрограда. Они направились к казармам, где размещались солдаты 181-го полка, и часть солдат присоединилась к рабочим (правда, они не имели оружия). Бунтовщики были разогнаны полицией и войсками, 130 солдат было арестовано. Однако забастовка продолжалась ещё несколько дней, и число бастующих достигло 75 тыс. [Лейберов, Рудаченко, с. 45].