Изъя́тие церко́вных це́нностей в Росси́и в 1922 году́ — действия органов государственной власти РСФСР по конфискации церковных ценностей в первой половине 1922 года под предлогом борьбы с массовым голодом в Поволжье и других регионах. В рамках кампании в пользу государства изымались находившиеся в храмах всех конфессий изделия из драгоценных металлов и драгоценные камни. Изъятию подлежали и предметы, предназначенные исключительно для богослужебных целей (священные сосуды), что поставило в очень уязвимое положение духовенство и вызвало сопротивление мирян.

Кампания сопровождалась репрессиями против священнослужителей. Большой резонанс вызвал расстрел православных верующих в Шуе 15 марта 1922 года. В ответ на протесты и волнения, председатель правительства РСФСР Владимир Ленин призвал в своём письме членам Политбюро большевистской партии от 19 марта 1922 года «дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий». Изъятых церковных ценностей оказалось значительно меньше, нежели планировалось властями первоначально. Размежевание в среде духовенства Православной церкви в связи с проведением кампании было использовано властями для попытки устранения от церковного управления патриарха Тихона и создания полностью лояльной властям церковной организации (см. Обновленчество).

Изъятие церковных ценностей происходило в период с конца февраля по 26 мая 1922 года.

История событий Предыстория событий 23 января 1918 года, по старому стилю, Совнарком РСФСР издал Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви. Согласно этому документу, все имущества существующих в России церковных и религиозных обществ объявлялись народным достоянием; здания и предметы, предназначенные специально для богослужебных целей, отдавались, по особым постановлениям местной или центральной государственной власти, в бесплатное пользование соответственных религиозных обществДекрет об отделении церкви от государства и школы от церкви: „13. Все имущества существующих в России церковных и религиозных обществ объявляются народным достоянием. Здания и предметы, предназначенные специально для богослужебных целей, отдаются, по особым постановлениям местной или центральной государственной власти, в бесплатное пользование соответственных религиозных обществ.“Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. - М. : Сов. энцикл., 1983. - 703 с. : ил., карт., 28 л. ил., карт.; 27 см.; ISBN В пер. (В пер.) : 9 р. 60 к. / Церковь / С. 647.

Начало кампании изъятия Власть использовала вопрос о церковных ценностях, чтобы начать мощную антицерковную кампанию. Разработка и непосредственное проведение кампании по изъятию были поручены секретной комиссии во главе со Львом Троцким. При этом были приняты меры, чтобы создать впечатление, будто решения принимаются в общесоветском и общепартийном порядке. Высший орган законодательной власти Советской России — Президиум ВЦИК (председатель Михаил Калинин) — 2 января 1922 года принял постановление «О ликвидации церковного имущества».

10 февраля Ленин писал Молотову: Именно теперь и только теперь, когда в голодных местах едят людей и на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем (и потому должны) провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией, не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления

23 февраля было опубликовано принятое ВЦИК 16 февраля постановление «Об изъятии церковных ценностей для реализации на помощь голодающим», которое предписывало местным Советам «…изъять из церковных имуществ, переданных в пользование групп верующих всех религий, по описям и договорам все драгоценные предметы из золота, серебра и камней, изъятие коих не может существенно затронуть интересы самого культа, и передать в органы Народного комиссариата финансов для помощи голодающим». Декрет предписывал «пересмотр договоров и фактическое изъятие по описям драгоценных вещей производить с обязательным участием представителей групп верующих, в пользование коих указанное имущество было передано»Акты Патриарха Тихона и Трагедия Русской Церкви XX века . Вып. 18.. На деле же речь шла об изъятии всех ценностей безо всякого разбора.

Вскоре после издания декрета патриарх Тихон написал на имя Калинина (так как — формально — инициатива изъятия исходила от ВЦИК) запрос. Не получив от последнего ответа, патриарх 15 (28) февраля обратился к верующим с воззванием, ставшим впоследствии широко известным, в котором подверг осуждению вмешательство ВЦИК в дела Церкви, сравнив его со святотатствомПослание свт. Тихона Патриарха Московского 15/28 февр. 1922 .:

<…> Мы нашли возможным разрешить церковно-приходским советам и общинам жертвовать на нужды голодающих драгоценные церковные украшения и предметы, не имеющие богослужебного употребления, о чём и оповестили Православное население 6 (19) февраля с. г. особым воззванием, которое было разрешено Правительством к напечатанию и распространению среди населения. Но вслед за этим, после резких выпадов в правительственных газетах по отношению к духовным руководителям Церкви, 10 (23) февраля ВЦИК, для оказания помощи голодающим, постановил изъять из храмов все драгоценные церковные вещи, в том числе и священные сосуды и прочие богослужебные церковные предметы. С точки зрения Церкви подобный акт является актом святотатства… Мы не можем одобрить изъятия из храмов, хотя бы и через добровольное пожертвование, священных предметов, употребление коих не для богослужебных целей воспрещается канонами Вселенской Церкви и карается Ею как святотатство — миряне отлучением от Неё, священнослужители — извержением из сана (Апостольское правило 73, Двукратн. Вселенск. Собор. Правило 10).

Ряд лиц православного духовенства (Антонин (Грановский), Евдоким (Мещерский), Виталий (Введенский), Александр (Надеждин), Иоанн (Левицкий), члены «Петроградской группы прогрессивного духовенства» протоиерей Александр Введенский, священники Владимир Красницкий, Александр Боярский) в феврале — марте выступили в советской печати с критикой патриарха Тихона и с призывом отдать властям все ценности (впоследствии, с мая 1922 года, указанные лица станут во главе инспирированного властями обновленчества).

10 марта Ленин получил подробную докладную записку с обоснованием необходимости создания за рубежом специального синдиката для реализации изъятых ценностей от наркома внешней торговли Леонида Красина, на которую наложил положительную резолюцию.

11 марта Троцкий направил Ленину письмо, в котором жаловался на медлительность комиссий ВЦИКа по изъятию ценностей и на неразбериху, царящую в этих комиссиях. Троцкий предложил создать «секретную», «ударную» комиссию в составе председателя Тимофея Сапронова, Иосифа Уншлихта, Розалии Землячки и Галкина для проведения показательного изъятия в Москве. По замыслу Троцкого, такая комиссия должна была заниматься «фактическим изъятием» и обеспечением «политической … стороны дела». Деятельность комиссии должна была быть секретной, всё должно делаться от имени ЦК Помгола.

На следующий день, 12 марта Троцкий написал на имя Ленина донесение о фактическом ходе изъятия, акцентируя внимание, что дело перешло в стадию «последнего „удара“» и работу по изъятию необходимо организовать так, «чтобы оно произошло без политических осложнений», для чего накануне созданная «ударная» московская комиссия уже приступила к работе. Для дискредитации и внесения раскола в Церковь планировалась широкомасштабная кампания в пользу изъятия со стороны священников-обновленцев. Изъятие в Москве планировалось завершить к началу партийного съезда — Москва должна была стать примером: «Если в Москве пройдёт хорошо, то в провинции вопрос решится сам собой». Шла подготовительная работа по началу акции в Петрограде. Заканчивалось донесение так: «Главная работа до сих пор шла по изъятию из упразднённых монастырей, музеев, хранилищ и пр. В этом смысле добыча крупнейшая, а работа далеко ещё не закончена». На донесение Троцкого Ленин отреагировал немедленно, в тот же день отправив телефонограмму ответственному секретарю ЦК РКП(б) Вячеславу Молотову: «Немедленно пошлите от имени Цека шифрованную телеграмму всем губкомам о том, чтобы делегаты на партийный съезд привезли с собой возможно более подробные данные и материалы об имеющихся в церквах и монастырях ценностях и о ходе работ по изъятию их».

События в Шуе и реакция на них большевистского руководства

В марте в ряде мест произошли волнения, связанные с изъятием ценностей. Особенно большой общественный отклик вызвали события в Шуе, где 15 марта 1922 года толпа взволнованных верующих оказала сопротивление изъятию ценностей. По толпе на площади перед Воскресенским собором города был открыт пулемётный огонь. Со стороны верующих пострадали двадцать два человека, из них четверо были убиты.

На следующий день в связи этим событием Политбюро ЦК РКП(б), в отсутствие Ленина, приняло решение приостановить изъятие, на места была разослана телеграмма: «…Политбюро пришло к заключению, что дело организации изъятия церковных ценностей ещё не подготовлено и требует отсрочки…».