Высо́кая тео́рия воспита́ния (аббревиатура «ВТВ», также «Великая теория воспитания») — авторский термин Бориса Стругацкого, обозначающий механизмы формирования человека светлого будущего, описанного в произведениях советских писателей братьев Стругацких. Концепция существует только в виде художественного образа и не конкретизирована самими авторами.
Концепция доверенного профессионалам воспитания новых поколений строителей коммунизма появляется в переписке А. Н. Стругацкого времён его службы в армии в начале 1950-х годов. Уже в ранних утопических произведениях, особенно «Полдень, XXII век» (1962), а также в критических выступлениях 1960—1970-х годов братья Стругацкие многократно обращались к проблемам будущей педагогики, настаивая на существовании системы интернатов — «инкубаторов» светлого будущего. Проблема конфликта поколений — прошлого и будущего как таковых — наиболее явно показана в повести «Гадкие лебеди» (1967). Само словосочетание «теория воспитания» в художественных текстах Стругацких появляется в позднем романе «Отягощённые злом» (1988), тогда как собственно термин «Высокая теория воспитания» использовался Б. Н. Стругацким в предисловии 1996 года к сборнику «Время учеников». В проводившемся в 1998—2012 годах офлайн-интервью Борис Стругацкий неоднократно использовал понятие «ВТВ».
Предыстория. Биографический подтекст Биограф Стругацких писатель-фантаст Ант Скаландис относил Высокую теорию воспитания к одному из высших достижений Стругацких в области социальной фантастики (наравне с Институтом экспериментальной истории, идеей прогрессорства и концепцией гомеостатического мироздания). Под ВТВ подразумевается «всепланетная система, при которой дети воспитываются вне семей профессионалами высочайшего класса», что и является «единственно правильным путём в гармоническое счастливое будущее человечества», описанное в повестях Стругацких. Однако сама по себе теория воспитания никогда не была разработана своими авторами, она была «лишь названа, как некая эффектная и якобы благородная идея». При этом А. Скаландис предполагал (не имея на этот счёт ни письменных, ни устных свидетельств), что мать Стругацких Александра Ивановна — педагог с сорокалетним стажем — не разделяла их взглядов. В переписке А. Н. Стругацкого рассуждения, что семейное воспитание — это «недопустимо случайный» процесс, появляются в 1948 году и связывались с общением с тестем, профессором МЭИ С. Ф. Шершовым. По мысли 23-летнего Аркадия Стругацкого, главная задача воспитания — «направление человека по верному пути», выявление его главных склонностей. Это возможно только в условиях, когда дети отделены от родителей и помещены в закрытые интернаты в наилучших климатических условиях, где наставники производят разделение на «гуманитариев и технарей». Такая система направлена в первую очередь на формирование интеллектуальной элиты, в меньшей степени касаясь рабочих.
Ант Скаландис резюмировал эволюцию идеи ВТВ следующим образом: С того далёкого 1948-го и до 1984-го, когда закончена была последняя повесть о будущем, их теория воспитания обрела изящество и убедительность художественного образа, стала серьёзным фактом литературы, но как теория не продвинулась ни на йоту, только ещё больше запуталась сама в себе. Например, юный Аркадий чётко называл пятилетний возраст, явно позаимствовав его из японской традиции, где именно с пяти лет детей перестают баловать, позволяя им практически всё, и начинают муштровать по жёсткой самурайской системе. В книгах АБС нигде чётко не обозначен возраст начала коллективного воспитания; конкретные персонажи, как правило, оказываются ровесниками дочерей или сына на момент написания, что характерно для большинства писателей, не разрабатывающих специально детскую тему; и наконец, БН уже в новейшие времена, общаясь на сайте, вдруг заявляет, что детей в придуманном ими мире забирали у родителей в возрасте одного (!) года.
Литературовед Е. А. Великанова, характеризуя Высокую теорию воспитания, утверждала, что Стругацкие провозглашали «вынужденную необходимость сиротства». Это соответствует подробностям ранней биографии братьев-соавторов. В январе 1942 года 16-летний Аркадий Стругацкий и его отец эвакуировались из блокадного Ленинграда; после кончины Натана Стругацкого в Вологде от истощения и сердечной болезни Аркадий вынужден был выживать в одиночку (проведя три месяца в госпитале), добравшись летом 1942 года до села Ташла в Оренбургской области. Александра Стругацкая из-за невозможности добираться до работы с 8-летним Борисом устроила его сначала в ведомственный детский сад, а затем и в детский дом («кормят… плохо — обкрадывают»). Вместе с детским домом А. И. Стругацкая и Борис эвакуировались из Ленинграда 4 августа 1942 года, к началу осени добравшись до Аркадия в Ташле. Старший сын был призван в армию 28 января 1943 года и далее вплоть до демобилизации в 1955 году крайне редко виделся с матерью и братом, общение с которыми шло преимущественно по переписке.
Система образования и воспитания в фантастическом мире Стругацких
Тема воспитания, являющаяся для Стругацких одной из сквозных в их творчестве, неотделима от изображения детей и подростков. Для времени создания романа «Полдень, XXII век» доминантой в прозе авторов было ощущение наступающего светлого будущего, пропущенное через «интеллект, способный к детальному анализу заданного предмета». Именно в этом романе прозвучала тема разрушения традиционной семьи, утверждение воспитателей на месте отцов. По словам А. В. Кузнецова (Московский педагогический государственный университет), педагогические интересы Стругацких совпали с повесткой дня внутренней политики СССР. В 1950-х годах была развёрнута система школ-интернатов и появились школы для одарённых детей. Педагогическое содержание хрущёвских образовательных реформ выводилось из концепции воспитания идеальных людей будущего. Интернаты рассматривались как действенный инструмент прививки любви к общественному труду и как реальные места зарождения коммунистического общества. Эта задача считалась непосильной для родителей, и поэтому её следовало возложить на профессиональных педагогов. Магнитогорский учитель И. Пимштейн (школа № 65) по итогам личного общения с А. Стругацким вспоминал, что писатель высоко оценивал повесть Редьярда Киплинга «Сталки и компания» как предоставляющую «очень интересный взгляд „изнутри“ на привилегированную английскую школу». В интернате, описанном Киплингом, «жёсткие, порой жестокие требования к дисциплине сочетались с уважением к достоинству личности, с умением помочь молодому человеку осознать свои способности, найти свой путь, максимально реализовать возможности своей личности в мире».
Филолог В. А. Гринфельд (Санкт-Петербургский государственный университет промышленных технологий и дизайна) выделял в «Возвращении» ещё один аспект окружавшей авторов реальности шестидесятых годов: в терминологии К. Обуховского, «культуру людей-предметов заменила культура людей-субъектов», а бунт против предметной цивилизации возглавили представители молодёжи, не принявшие стандартизации, специализации, синхронизации, максимизации и иных атрибутов индустриального мира. Естественно, что изображение мира, лишённого современных проблем и антагонизмов, должно было строиться по методу инверсии, неявной реакции на окружающий мир. В. Гринфельд считал новеллу «Злоумышленники» одной из важнейших во всём произведении. Интернаты явились проекцией реальности 1950-х годов, в которой высшая и средняя школа были доступны не слишком большой части населения СССР. По мысли Стругацких, мир будущего населён думающими людьми, воспитанными в уважении к рациональному знанию, полученному научными методами. Когда Борис Стругацкий участвовал в геодезических и археологических экспедициях на Кавказе и в Средней Азии, он многократно писал своему брату о катастрофической безграмотности молодого послевоенного поколения: «Получилось, что титаническая машина общеобразовательного процесса, а тем более машина радио-газетно-телевизионной пропаганды — прокрутилась над их головами вхолостую?»
Стругацкие с самого начала отталкивались от психологии лучшей части советских людей 1950—1960-х годов, эту же позицию как принципиальную братья-соавторы высказали на встрече писателей-фантастов 1964 года в докладе «Человек нашей мечты». Стругацкие заявили, что уже в наше время происходит смещение «полюса талантливости, гениальности» («как сейчас является нормой то, что находилось на полюсе гениальности 200 лет назад») и поэтому спустя двести или триста лет большинство людей станут такими, какие ныне представляются исключительными. Авторы трактовали будущее не как результат случайного развития событий, а как слияние двух магистральных тенденций: как итог всего предыдущего восходящего развития человечества и одновременно как результат сознательного воздействия людей. Переход к обществу познания возможен только через целенаправленные усилия по воспитанию, проект системы которого охарактеризован в новелле «Злоумышленники». Ученики фантастического Аньюдинского интерната имеют большую свободу выбора занятий и предпочитают тратить досуг на изучение новейших физических теорий и химические эксперименты, активные игры или подводное плавание с аквалангом. Обучение происходит через диалог с наставником (Учителем), но упоминаются и «телевизионные уроки» по экономике и географии. Алгебра изучается вместе с учителем. Учитель — это высший авторитет, который должен выступать как специалист по всем дисциплинам, но прежде всего он занимается морально-этическим воспитанием детей. По мнению Ю. Черняховской, это отсылает к педагогическим теориям утопистов Ш. Фурье и Р. Оуэна: теоретическое обучение соединяется с прикладным в учебных мастерских. Учитель занимается с небольшим числом подростков, жизнь и нрав которых знает досконально, он в курсе того, как каждый из них проводит свободное время и какие имеет привычки. То есть он сочетает функции воспитателя и психолога. Учитель имеет доступ в комнату учеников в любое время суток, но редко этим пользуется, руководство в основном осуществляется опосредованно. Практически всегда Учитель пользуется любовью и уважением учеников, ложь ему считается тяжелейшим проступком («Лжёшь учителю — солжёшь кому угодно»; «Всё самое плохое в человеке начинается со лжи»).
В том же романе характеризуется быт и устройство Высшей школы космогации (новелла «Почти такие же»). Она включает четыре факультета: командирский, штурманский, инженерный, дистанционного управления. В школе для молодых людей обучение совместное, в программу входят спортивные занятия и тренировки на выносливость, работа с волноводным вычислителем ЛИАНТО (аналог современных занятий информатикой). Каждый поток курсантов имеет своего старосту, ответственного перед начальником факультета за дисциплину. Как и Аньюдинский интернат, здание Высшей школы космогации окружено просторным парком, в котором курсанты проводят свободное время, питаются тоже совместно. По мысли Стругацких, по мере социализации такого рода резко снижается вероятность появления индивидов, сознательно стремящихся совершить преступление против личности.