Oi! (ой) — музыкальное направление, возникшее в Англии в конце 70-х годов как ответвление панк-рока, призванное вернуть последний к его истинным пролетарским корням.
Характеристики Oi! Для музыки Oi! — «панк-рока для рабочего класса» — характерны более медленное (в сравнении с панком) звучание, общая сверхагрессивность и прямолинейные, откровенные тексты. Основные Oi!-темы: противостояние власти во всех её формах; пролетарская солидарность; ненависть к полиции; околофутбольные страсти; прославление таких качеств как сила, достоинство и т. д.; иногда — различных видов асоциального поведения.
По словам Андре Шлезингера (), вокалиста The Press: «У музыки Oi! есть много общего с фолком: те же упрощённые музыкальные структуры, сочетание — в чём-то утонченности, в остальном — грубости, не говоря уже о том, что, честная до жестокости, Oi-песня, как правило, рассказывает реальную, жизненную историю»Ian Glasper, Burning Britain, London: Cherry Red, 2004, p. 282..
Происхождение термина Первоначально возглас «Oi!» употреблялся в наречии кокни и был призван заставить окружающих обернуться на улице. Термин «Oi!» в применении к новой разновидности панк-рока первым использовал Гарри Бушелл — по следам песни «Oi! Oi! Oi!» из альбома Greatest Hits Vol. 2 группы Cockney RejectsOi! Oi! Oi , Cockney Rejects. До этого, возглас «Oi! Oi!» нередко использовал Иэн Дьюри, который, в свою очередь, заимствовал его у кокни-юмориста Джимми Уилера (), чья фирменная фраза звучала так: «Oi, Oi that’s yer lot».
История Oi!-движения Корни Oi! находятся в панк-культуре, но с её внешней стороной не имеют ничего общего. Напротив, Oi! явился реакцией уличных панков на коммерческую версию панк-идеалов, представленную умелыми музыкальными исполнителями (МакЛарен (менеджер Sex Pistols) и др.), выходцами из среднего класса и художественных колледжей (The Clash).
Как отмечал Бушелл, в каком-то смысле Oi! стал реальным воплощением идей, которые на панк-сцене 1976-77 годов были представлены в карикатурно-художественном виде, оформленном торговцами с Кинг’с Роуд.
Во многом истинную, уличную панк-культуру представляли первые прото-oi!-группы, вышедшие из паб-рока: Cock Sparrer, Sham 69, Skrewdriver. Но первым разницу между уличной и сценической разновидностями панк-культуры уловил и выразил Джимми Пёрси: именно он с Sham 69 стал первым лидером oi!-панка, а в историческом контексте — и крестным отцом всего oi!-движения. При этом Пёрси пользовался среди уличных панков далеко не безоговорочным авторитетом. Он не так уж много знал обо всём том, о чём пел: тюрьмах, футбольном насилии и очередях для безработных («… Jimmy Pursey didn’t get his way/He liked to drink but he didn’t like to fight/He didn’t get his fucking homework right». — The Last Resort). Кроме того, три топ-10 хита сделали его во многом мейнстримовской фигурой. Тем не менее, Джимми Перси вошёл в историю как основоположник oi!-культуры хотя бы потому уже, что дал «путевку в жизнь» двум первым её истинным представителям: Angelic Upstarts и Cockney Rejects.
Angelic Upstarts и Cockney Rejects Angelic Upstarts, образовавшиеся летом 1977 года, были по классовому составу группой исключительно пролетарской. Странное исключение составлял (впоследствии со скандалом уволенный) менеджер Кит Белл, бывший уголовник, сам себя называвший «гангстером». Почти сразу же Angelic Upstarts вступили в конфликт с полицией: это произошло после того, как группа приняла участие в кампании, призывавшей расследовать убийство в полицейском участке боксёра-любителя Лиддла Тауэрса.
После выхода дебютного сингла «The Murder of Liddle Towers» (с «Police Oppression» — на обороте) полицейские преследования стали частью жизни Angelic Upstarts. Те, со своей стороны, отвечали контрударами: со страниц журнала Социалистической рабочей партии Rebel группа обвинила полицию в пособничестве неофашистам, а в апреле 1979 года дала беспрецедентный концерт в тюрьме «Аклингтон» , где едва не вызвали бунт своими антиполицейскими гимнами и антитэтчеровскими призывами. Группа нередко вступала в физическое противоборство с крайне правыми и часто принимали участие в концертах под эгидой организации Rock Against Racism.
Angelic Upstarts оказали огромное влияние на Oi!-движение. Однако первой «истинной» oi!-группой принято считать Cockney Rejects — группу, все участники которой были уличными панками и происходили из семей лондонских докеров. Во-первых, именно они впервые использовали в своих песнях возглас Oi!, во-вторых, их базовая площадка Бридж-хаус () в Кэннинг-тауне на востоке Лондона (официально — Ист-Энд) стала центром всей Oi!-субкультуры. Аудитория Rejects большей частью состояла из фанатов «Вест Хэма», к которым позже примкнула истэндовская группировка Glory Boys. О том, что происходило в Бридж-хаусе Гарри Бушелл писал следующее:
Отчасти насилие, связанное с футбольным фанатизмом, сыграло свою роковую роль в судьбе Cockney Rejects. С другой стороны, именно агрессивная фанатская аудитория, способная постоять за себя, сформировала главный в Лондоне фронт борьбы с неонацистами. «Мы готовы их встретить. Если они захотят прийти к нам с мечом, пусть готовятся от него же погибнуть. Пёрси им не смог воспротивиться. От нас им пощады не будет», — заявил фронтмен группы Стинки Тернер в интервью еженедельнику Sounds (1980). Почти на каждом концерте Cockney Rejects вынуждены были подтверждать эти слова реальными действиями.
The Rejects и The Upstarts (сокращённые названия вышесказанных групп) имели много общего: один менеджмент, те же конфликты с нацистами и полицией, общую классовую базу. Обе группы, как отмечает Бушелл, сформировали стержень нового, «реального» панка, который был заряжен классовым самосознанием и не имел ничего общего с карикатурами 77-го — булавками, бандажными штанами и прочими внешними атрибутами.
Вторая волна Oi!-движения В 1980 году футбольные фанаты на юго-востоке Лондон нашли себе новых героев. Ими стали Splodgenessabounds из Пекхэма, исполнявшие гибрид грубой уличной комедии и панк-рока. Группа в 1980 году трижды входила в британский Top 30, причём уже дебютный сингл «Two Pints of Lager» стал топ-10-хитом. За ними (с легкой руки Гарри Бушелла) закрепился термин . В ту же категорию были зачислены Peter and the Test Tube Babies из Брайтона и The Toy Dolls из Сандерленда.
«Pathetique-группы являют собой другую грань oi!. Мы тоже представляем рабочий класс, но если кто-то поет о тюрьмах и биржах труда, то мы — о селедках и задницах, и аудитория у нас соответствующая», — говорил Макс Сплодж. Пик Pathetique-движения пришёлся на 1980 год, когда в клубе Electric Ballroom прошла Pathetique Convention. Центральной фигурой там стал уличный поэт (из числа вестхэмовцев) (Barney Rubble).
Тем временем подоспело второе поколение Oi!-групп: это были прямые наследники Upstarts и Rejects. По следам первых пошли Criminal Class (Ковентри) и Infa-Riot (Плимут). Последователями вторых стали The 4-Skins и Red Alert (Сандерленд), а также две менее известные лондонские команды, Barney & The Rubbles и Stinky’s Postmen Combo. The Exploited также называли Rejects своим основным влиянием. В 1980 году Гарри Бушелл начал собирать первую компиляцию (она вышла в ноябре под названием Oi! — The Album, EMI) и получил множество демо-плёнок со всей страны. Так появились Blitz (Нью Миллз), The Strike (Ланкашир) и Demob (Глостер).
Как The 4-Skins, так и Infa-Riot постарались извлечь уроки из печального опыта Rejects и решили исключить возможность околофутбольных конфликтов на своих концертах. 4-Skins поддерживали сразу 4 команды (Ходжес — Вест Хэм, — Тоттенхэм Хотспур, Стив — Арсенал, Джекобз — Милуолл). Они не имели общей политической платформы: Хокстон голосовал за либералов, Стив был левым лейбористом, Джекобс исповедовал полную аполитичность, Ходжес, «реформированный» экс-неонацист, стал активистом рабочего движения. Infa-Riot в этом смысле были очень на них похожи; единственное различие состояло в том, что они охотно играли для Rock Against Racism, организации, которую большинство oi!-групп презирали, считая «витриной» крайне левого крыла троцкистской Социалистической рабочей партии. Criminal Class также играли для RAR, но при этом ещё и поддерживали более чем сомнительную организацию Troops Out Of Ireland («За вывод войск из Ирландии»), которая, в частности, приветствовала попытку ИРА организовать покушения на членов британского правительства.
Организационная работа В январе 1981 года в редакции еженедельника Sounds была проведена первая Oi!-конференция. Все участники согласились в том, что необходимо участвовать в рабочем движении и играть благотворительные концерты, но на политическом поле развернулась ожесточённая полемика. Стинки Тернер яростно выступал против всех политиков и политики как таковой. Мензи доказывал, что лейбористы по-прежнему поддерживают интересы рабочего класса и что «тори представляют главную угрозу таким людям, как мы». С другой стороны, все сошлись на том, что нельзя позволить прессе налепить на Oi!-движение расистский ярлык. Ни одна Oi!-групп не провозглашала расистских или нацистских лозунгов (в составе Demob было два боксёра-полукровки). Как позже писал журнал Punk Lives, «… каждый, кто ходил на oi!-концерты, подтвердит: в зале никто не кричал: Зиг-хайль!.. По иронии судьбы, все скины-нацисты в те дни стекались на концерты Madness и Bad Manners. Oi!-движение было построено на чисто классовых принципах».
Тем временем две вспышки фанатских стычек произошли на двух концертах Infa-Riot. Группа выступила хедлайнером на первой New Punk Convention с Angelic Upstarts и Criminal Class. Концерт закончился массовой дракой между Poplar Boy (вестхэмовской группировкой) и фанатами «Арсенала». В марте 1981 года Infa-Riot играли в «Аклэм-холле» на западе Лондоне с The Last Resort. Клуб атаковали Ladbroke Grove Skins, местная группировка скинхедов: они искали вестхэмовцев, которые по иронии судьбы все были на матче в Аптон-Парке, где их команда играла с командой из СССР.
Зато вторая New Punk Convention, в Бридж-хаусе, прошла без эксцессов. Хедлайнерами были The 4-Skins (их представил Джадж Дред, исполнитель радикального реггей), а в зале собралась пестрая компания панков, скинов, а также футбольных фанатов «Вест Хэма», «Тоттенхэма», «Миллуолла», «Куинз Парк Рейнджерс», «Арсенала» и «Чарльтона». Концерт прошёл совершенно мирно, как и его продолжение — в клубе, Deuragon Arms. Многим в тот момент показалось, что мечта Джимми Перси, выраженная им в программной песне «If the Kids Are United», начинает сбываться.
Вскоре после этого Гарри Бушелл и представители ведущих Oi!-групп провели встречу, на которой обсудили возможность полного отказа от междоусобной конфронтации и начала совместной конструктивной политической работы. Идея состояла в том, чтобы сообща организовывать концерты и фестивали, создать Oi!-лейбл и положить раз и навсегда конец фанатским стычкам; другими словами, чтобы всю энергию движения перевести в русло политической борьбы. «Oi — нечто больше, нежели скин-движение, — говорил Милуолл Рой, фронтмен The Last Resort. — Oi объединяет панков и скинов как друг с другом, так и с остальными молодёжными группировками». «Oi! — это голос улицы, поэтому движение будет расти, и оно победит», — утверждал Ли Уилсон из Infa-Riot.