Евге́ний Миха́йлович Феокти́стов (, Калуга — , Царское Село) — писатель, журналист, сотрудник журналов «Современник», «Отечественные записки», редактор журналов «Русская речь» и «Журнала Министерства народного просвещения» (1871—1883), затем цензор, (с 1 января 1883 года) тайный советник и в течение почти тринадцати лет (1883—1896) — начальник главного управления по делам печати Министерства внутренних дел (главный цензор России) и сенатор (с 23 мая 1896 года по день своей смерти).
Евгений Феоктистов прошёл впечатляющий путь личного развития, приведшей его из рядов активных либералов и сотрудников журнала «Отечественные записки» — в кресло главного цензора России, спустя двадцать лет подписавшего распоряжение о закрытии того журнала, в котором он начинал свою литературную карьеру.
Биография Ранние годы Евгений Феоктистов родился в небогатой семье чиновника: его отец Михаил Яковлевич (1789—?) происходил из обер-офицерских детей, в 1825—1831 годах служил асессором Калужского губернского правления, имел чин титулярного советника, за женой было «крепостных две души мужеска пола»; кроме Евгения в семье Феоктистовых были сын Николай (старший брат, род. 1822) и дочь Софья.
Окончив 1-ю Московскую гимназию, где воспитывался на средства Московского приказа общественного призрения, он поступил в 1847 году в Императорский Московский университет, — по бедности был стипендиатом того же приказа; в 1851 году успешно окончил курс университета со степенью кандидатаЖурнал «Нива» в некрологе местом обучения указал историко-филологический факультет Московского университета. Согласно информации «Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона» он окончил юридический факультет, то же и в некрологе Л. Н. Майкова; в Отчёте Императорского Московского университета за 1846—1847 академический и 1847 гражданский годы в 1847 году он числился студентом 1 курса юридического факультета. В этом же отчёте указано, что в университет он поступил из 1-й Московской гимназии, хотя И. О. Гобза в своём историческом очерке «Столетие Московской 1-й гимназии. 1804—1904 гг.» не указывает его в числе выпускников гимназии..
Евгений Михайлович вполне мог превратиться в писателя, журналиста или историка, так как обладал даром слова и склонностью к историческим исследованиям. И хотя его перу принадлежат весьма крупные исторические работы «Борьба Греции за независимость» и «Магницкий: материалы для истории просвещения в России», а к концу жизни Феоктистов написал широко известные, острые мемуары «За кулисами политики и литературы», с открытыми и порой едкими характеристиками ряда высших сановников России, но своё имя в историю он вписал в основном другими достижениями. Волей случая и собственного характера, Евгений Феоктистов не стал более всего «человеком пера»: писателем, журналистом или историком. Жизнь его сложилась совершенно иначе. Сначала либерал и вольнодумец, а затем всё более монархист, государственник и, наконец, строгий блюститель порядка и непреклонный цензор — такой путь проходили многие общественные деятели александровских времён. Пожалуй, нечто похожее на жизнь Евгения Феоктистова (в мягкой форме) было описано в раннем романе Ивана Гончарова «Обыкновенная история».
Ещё в университете студент Евгений Феоктистов отличался лево-либеральными убеждениями; он даже успел принять некоторое участие в работе кружка Михаила Петрашевского, за что в 1849 году несколько раз был допрошен в качестве одного из подозреваемых по делу петрашевцев. Но и в следующее десятилетие Феоктистов оставался весьма близок кругу либеральной молодёжи. В 1860—1870-е годы, на волне общественного подъёма он сотрудничал с такими известными и знаковыми изданиями, как «Современник», «Отечественные записки», редактировал «Русскую речь».
Во время обучения Феоктистова, в университете читал лекции такой известнейший либерал-западник, как Тимофей Грановский. Статья о его лекциях, читанных весной 1851 года, была Е. М. Фектистовым помещена в февральской книжке «Современника» за 1852 год и стала первой его авторской публикацией; затем последовал исторический очерк о Марии Стюарт.
По окончании университета Феоктистов примкнул к кружку известного географа и путешественника Николая Фролова, в журнале которого «Магазин Землеведения и Путешествий» (1852, том I) появились несколько его переводов К. Риттера. Первоначально Феоктистов стал преподавать в пансионе Эннеса.
Вступил в службу 1 февраля 1853 года — в Таврическую палату государственных имуществ. В Крым он уехал вместе с графиней Е. В. Салиас-де-Турнемир, в дом которой ещё студентом Феоктистов поступил домашним учителем. Уже в следующем году вернулся в Москву, где недолгое время служил в канцелярии московского гражданского губернатора, а затем был получил назначение учителем истории в Александринский сиротский кадетский корпус в Москве. Преподавал он также недолго; уже 24 апреля 1856 года он вышел в отставку.
К этому же периоду относится деятельное участие Феоктистова в «Московских Ведомостях», и в только что возникшем в 1856 году под редакцией М. Н. Каткова, либеральном «Русском Вестнике» (в те времена также и Михаил Катков отличался демократическими убеждениями). В «Русском вестнике» и в «Отечественных записках» Евгений Феоктистов опубликовал целый ряд своих исторических статей. В конце 1856 года он отправился в заграничное путешествие и в течение всего 1857 года посыла корреспонденции их Франции и Италии в «Московские ведомости». Вернувшись в 1858 году, он вновь стал преподавать в кадетском училище и готовиться к преподаванию в Московском университете, что впоследствии не осуществилось. Он также был деятельным сотрудником «Русского вестника», разместив в нём в течение 1858—1859 годов не менее девяти статей по новейшей истории и политике.
С начала 1861 года Феоктистов был помощником графини Е. В. Салиас по ведению её журнала «Русская речь», а затем (с № 39, май), когда в нём возник политический отдел — главным редактором журнала.
На государственной службе В 1862 году Евгений Феоктистов переехал в Санкт-Петербург, 10 мая поступил на службу в ведомство министерства народного просвещения и 12 января 1863 года был назначен чиновником особых поручений VI класса в чине коллежского асессора; 30 августа 1866 года произведён в надворные советники, 29 декабря 1866 года получил орден Св. Анны 2-й степени (ранее был награждён орденом Св. Станислава 2-й ст. с императорской короной). В его обязанности входило составление краткого «обозрения» наиболее любопытных и показательных публикаций для Его Императорского Величества (Александра II). Одновременно, он получил приглашение читать лекции по всеобщей истории в Николаевской академии Генерального штаба. По видимому, восемь лет, проведённые за этим занятием, оставили очень серьёзный след в общем настроении, характере, а затем и биографии Феоктистова.
В 1871 году Феоктистов был назначен главным редактором официального «Журнала Министерства народного просвещения» — и на этом ответственном государственном посту находился в течение двенадцати лет. За эти годы его характер всё более цементируется, а взгляды — ещё более «правеют». После убийства императора Александра II и с прекращением хотя и противоречивого, но всё же реформаторского курса, государственная машина востребует именно таких, выдержанных и испытанных временем консерваторов. Гибель освободителя, убитого народовольцами от имени освобождённых, оказалась во многом символичной: реформы привели всю Россию в движение, но недовольных и разочарованных в итоге оказалось гораздо больше, чем до начала процесса преобразований. Даже самые откровенные монархисты и консерваторы (в их числе Константин Победоносцев, Евгений Феоктистов и Константин Леонтьев) с большей или меньшей прямотой говорили, что император погиб «вовремя» — процарствуй он ещё год или два, и катастрофа России стала бы неизбежностью.
Во главе Главного управления по делам печати Во второй половине 1882 года, войдя в доверительные отношения и завоевав личное расположение министра внутренних дел, графа Д. А. Толстого, получив в 1883 г. чин действительного статского советника, Евгений Феоктистов получил свой первый настоящий и «серьёзный пост». 1 января 1883 года произведен в тайные советники и назначен начальником высшего органа политической цензуры России — Главного управления по делам печати. И в этот момент юношеский «либерализм» Феоктистова получил своё окончательное выражение. В начале 1860-х годов, в бытность свою членом комиссии по выработке законов о печати, Феоктистов решительно высказывался против предоставления государственным и административным органам налагать взыскания на печать. Но к тому времени, когда он стал во главе цензуры, от либеральных увлечений молодости в нём не осталось и следа. Время его управления принадлежит к числу едва ли не самых тяжёлых периодов в истории русского печатного слова. За тринадцать лет, проведённых на своём высшем посту, Феоктистов закрыл несколько крупнейших оппозиционных изданий, в том числе газету «Голос» и журнал «Отечественные записки». Кроме того, под постоянным пристальным вниманием и угрозой закрытия, штрафов и конфискации номеров находились и все прочие либеральные политические и даже юмористические издания. В левых журналистских кругах даже самое слово «Феоктистов» на время стала именем нарицательным, обозначавшим самую жёсткую цензуру, давление и вообще реакционную политику Александра III в области резкого ограничения свободы слова. Начавший свою жизнь участием в кружке петрашевцев, в конце своей карьеры Феоктистов имел уже вид типичного следователя или прокурора-обвинителя по делу Петрашевского.
Сам Е. М. Феоктистов позже объяснял «атаку» на радикальную печать со своей стороны следующими соображениями:
«В других странах общество достигло уже более или менее высокого развития, прежде чем журналистика приобрела влияние на умы; у нас совсем наоборот; громадное большинство нашей публики вместо учебной книги взялось за газету, из нее черпало оно всякую мудрость, и это в крайне тревожный период нашего ист. Существования, когда интересы и страсти находились в сильном брожении».
На посту начальника Главного управления по делам печати Феоктистов получал содержание в 9500 руб.в год (жалования 4000, столовых 4000, а с 1885 — ещё и аренды 1500 руб.); имел ордена: Св. Владимира 3-й ст. (1877), Св. Станислава 1-й ст. (1880), Св. Анны 1-й ст. (1885), Св. Александра Невского.
Довольно часто в либеральных и литературных кругах проводили весьма яркую и напрашивающуюся саму собой параллель между Евгением Феоктистовым и его предшественником на посту начальника Главного управления по делам печати — Михаилом Лонгиновым. Яркий и остроумный поэт круга «Современника», закадычный приятель Некрасова, Тургенева и Дружинина, автор многих водевилей и срамных стихов, никто так не лютовал против своих бывших друзей, как сам Михаил Лонгинов, будучи назначенным в 1871 году на пост главного цензора. Будучи известным автором множества неприличных и откровенно порнографических поэм, оказавшись на посту начальника Главного управления по делам печати, Лонгинов сделался совершенным ханжой и пуританином, вооружился микроскопом и принялся вымарывать из поэзии своих современников даже самые малые намёки на фривольность или интимную шутку. Параллель между Лонгиновым и Феоктистовым тем более била в точку, что круг закрытого цензурой в 1884 году журнала «Отечественные записки» являлся едва ли не прямым продолжением знаменитого круга «Современника».