«Вече́рний звон» — популярная русская песня на стихи И. И. Козлова и музыку А. А. Алябьева (согласно другим указаниям — анонимного композитора), написанная в 1827—1828 годах.
Стихи
Перевод с английского Русский текст Козлова был написан, по‑видимому, в 1827 году (его первая публикация в альманахе «Северные цветы» на 1828 год)Предположение о создании «Вечернего звона» в 1827 г. подтверждают слова Гнедича в письме И. Козлову от 17 января 1828 г.: «Я ещё не благодарил тебя за „Вечерний звон“; он мне по сердцу» (Из бумаг поэта И. И. Козлова / Публ. А. С. Хомутова // Рус. арх. 1886. Кн. 1, № 2. стр. 189). Текст Козлова представляет собой вольный авторский перевод стихотворения ирландского англоязычного поэта Томаса Мура из его первого сборника , изданного В. Пауэром в Лондоне и в Дублине в 1818 году.
Сборник Томаса Мура входил в серию «Избранных известных национальных песен» () — музыкальных изданий, где публиковались ноты мелодий композитора Джона Стивенсона (1761—1833) и тексты Мура; следующие сборники включали ноты композитора Г. Бишопа и также тексты Мура. Они включали испанские, португальские, итальянские и прочие европейские мотивы.
Текст , выбранный Козловым для перевода, входил в цикл «Русских песен» () и имел подзаголовок » (стихотворение пользовалось популярностью, его первую строчку приводят в англоязычном словаре цитат за 1919 год. Также любопытно, что стихотворение Мура будет спародировано английским юмористом Томасом Худом в детских стихах Thomas Hood. Works; а Брет Гартом написаны стихи ).
Муром были написаны ещё два произведения с русским колоритом ( из 1-го выпуска (p. 261), и песня из цикла ), которые не получили такого признания в России и аналогов-первоисточников которым не обнаружено.
В своём переводе Козлов изменил строфическое построение, вместо четверостиший Козлов использовал шестистишия (с попарной рифмовкой строк, как и в оригинале), тем самым его стихотворение длиннее оригинала (18 строк вместо 12). Использованный размер — 4-стопный ямб со сплошными мужскими окончаниями, как и в оригинале (в переводах с английского использующийся начиная с «Шильонского узника» В. А. Жуковского). +Оригинал Т. МураДословный переводСтихотворение И. Козлова<center> ()<center>()«Вечерний звон»Вечерний звон, вечерний звон! Как много дум наводит он О юных днях в краю родном, Где я любил, где отчий дом, И как я, с ним навек простясь, Там слушал звон в последний раз!
Уже не зреть мне светлых дней Весны обманчивой моей! И сколько нет теперь в живых Тогда весёлых, молодых! И крепок их могильный сон; Не слышен им вечерний звон.
Лежать и мне в земле сырой! Напев унывный надо мной В долине ветер разнесёт; Другой певец по ней пройдёт, И уж не я, а будет он В раздумье петь вечерний звон!+
Первоисточник английского текста
Несмотря на то, что существует ряд легенд об источнике, откуда Мур заимствовал идею своего текста, его точное происхождение остаётся неустановленным.
Судя по авторскому подзаголовку , «мелодия, к которой был приспособлен текст Мура, имела русские истоки в виде некоей „мелодии“ о „колоколах Петербурга“. При встрече с А. И. Тургеневым в Бовуде Томас Мур, получая в дар сборник „Стихотворений“ Козлова, оставил своему собеседнику на память собственноручную запись , из чего можно заключить, что А. И. Тургенев расспрашивал английского поэта о стихотворении , его возможных русских истоках, однако подробности этого разговора неизвестны».
В конце XIX века несколько исследователей высказали и попытались найти доказательства единых грузинских источников стихотворений Мура и Козлова. Как указывают, в 1885 году в книге «Где правда? История Афонского монастыря» А. КалиновскийА. Калиновский. Где правда? История Афонского Иверского монастыря. Исследование. СПб., 1885, стр. 12—13 указал, что «Вечерний звон» — перевод церковной песни грузинского писателя XI века Георгия Мтацминдели (Георгия Святогорца), рукопись которого якобы сохранилась в Гелатском монастыре близ Кутаиси. Эту версию, однако, нельзя считать верной по той причине, что, по мнению специалистов, ни в одном из посвящённых Афону сочинений того времени (как русских, так и зарубежных) не удалось обнаружить каких-либо следов упомянутой церковной песни. Мысль о грузинском первоисточнике, но уже без ссылки на рукопись, повторил в 1898 году А. С. ХахановА. Хаханов. Очерки по истории грузинской словесности. «Чтения в обществе истории и древностей российских», вып. II, М., 1898, стр. 71. Ц. С. Вольпе вслед за предшественниками утверждал в 1936 году, что стихи Мтацминдели Mtsuhrissa Zari, написанные по‑гречески в Иверском монастыре на Афоне, где автор служил игуменом, распространились по России и, видимо, через какие‑то русские источники стали известны Томасу Муру.
Тем не менее, советский исследователь М. П. Алексеев, стремясь в 1960‑е годы доказать суждения А. Калиновского, провёл большу́ю работу по поиску фактического материала, однако поиски не дали никаких позитивных результатов и лишь привели учёного к выводу, что «мы имеем дело с легендой, устойчиво держащейся долгое время в грузинской литературе, но лишённой фактических оснований». Кроме того, Алексеев указывает, что «все четыре грузинских текста „Вечернего звона“, известные по рукописям XIX века, являются переводами стихотворения Козлова».
Русские издания текста Козлова Козлов при публикации «Вечернего звона» не обозначал это стихотворение как перевод (пять его других переводных текстов сопровождаются подзаголовками «Из Мура» и «Подражание Муру»). Текст печатался с посвящением Козлова «Т. С. Вдмрв‑ой», то есть Татьяне Семеновне Вейдемейер — другу семьи (ум. 1863).
Исследователи делают из этого вывод, что Козлов считал свой русский текст «оригинальным авторским произведением, выросшим из рецепции и художественного преломления творческих находок Томаса Мура».
.
Песня
В вокальном исполнении сложилась традиция не исполнять всё стихотворение целиком, а использовать лишь его часть.
Алябьев и классическая версия песни Принято считать, что классическим вариантом музыки к стихам Козлова стали ноты Алябьева. Музыка на русский текст Козлова была написана А. А. Алябьевым в самом начале тобольской ссылки (1830?), вскоре после появления стихотворения Козлова в печати. Романс «Вечерний звон» с музыкой Алябьева был издан в Москве в цикле «Северный певец» в 1828 году. Песня обрела популярность на рубеже 1820—1830‑х годов.
В 1829—1830 годах имели место две публикации песни (М., СПб). Она распространилась в светских салонах, и уже в 1831 году мелодия Алябьева вошла в фортепьянную фантазию Л. Лангера, фортепьянное переложение неизвестного автора в «Музыкальном альбоме» на 1831 год, а затем неоднократно аранжировалась композиторами, в числе которых А. И. Дюбюк, К. П. Вильбоа (на два голоса) и др.
Как указывают некоторые источники, классическая мелодия «Вечернего звона», тем не менее, написана не Алябьевым. Согласно некоторым утверждениям, «наиболее известная мелодия песни — непонятного происхождения и в песенниках фигурирует как народная. Хотя в литературе и высказывается мнение, что она восходит к романсу Алябьева, но на слух не имеет с алябьевской ничего общего» (приведены для сравнения нотные записи мелодий).
Другие композиторы Кроме Алябьева, на эти стихи существуют мелодии авторства: Варвара Сабурова (1834) Арнольд, Юрий Карлович Бахметьев, Николай Иванович А. А. Рахманинов (1840) П. М. Воротников (вокальный квартет, 1873) Гречанинов, Александр Тихонович (1898) Золотарёв, Василий Андреевич (смешанный хор без сопровождения, 1905) Также не стоит забывать, что существует мелодия, сочиненная Стивенсоном и опубликованная вместе с оригинальным текстом Томаса Мура в (см. илл. выше). Указывают также следующие работы композиторов с англоязычным текстом:
На иностранных языках
Существует целый ряд переводов на немецкий язык: (1811—1899) (1845), , (1835—1906), (1820—1898). Приведённый здесь перевод сделан Бернхардом Оскаром фон Риземаном (1880—1934). Есть также перевод на польский, авторства Станислава Монюшко (1819—1872), по некоторым указаниям, написавшего собственную музыку.
Русский композитор С. И. Танеев написал собственную музыку для выполненного Антонием Грабовским перевода стихотворения Мура на эсперанто. Романс назывался Sonoriloj de vespero («Вечерние колокола»), ноты его, в отличие от текстаSonoriloj de vespero, sonoriloj de vespero! Kiom ili rakontadas pri juneco kaj espero, Pri la domo de gepatroj, pri la dolĉa kora ĝojo, Kiam mi ilian sonon aŭdis je la lasta fojo! (ещё два куплета), не сохранились.
Также существует перевод на испанский язык под названием .
Существует перевод песни на польский язык .
Песни с тем же названием «Помимо романса на слова Козлова „Вечерний звон“ в Российской империи в 1830-е годы пользовался популярностью романс с тем же названием, написанный композитором И. И. Геништой на слова французского поэта В. Деборда в 1839 году, привлекший, в частности, внимание М. И. Глинки, включившего его в пятую тетрадь своего „Собрания музыкальных пьес“ (1839)»Жаткин Д. Н. Томас Мур и И. И. Козлов: диалог культур / Д. Н. Жаткин, С. В. Бобылева // Известия Уральского государственного университета. Сер. 1, Проблемы образования, науки и культуры. — 2007. — № 52, вып. 22. — С. 97—105. Также под этим названием существует ряд песен современных бардов и исполнителей русского шансона.
В культуре
Отсылки к тексту Козлова в стихах других писателей
Реминисценции и параллели к тексту Козлова можно найти у множества отечественных авторов: Стихотворение Е. В. Ростопчиной «Колокольный звон ночью», (1839 год) с эпиграфом из Томаса Мура. В начале 1830-х годов Д. В. Давыдов в стихотворении «Вечерний звон» дословно использовал две строчки Козлова: Как он мучителен и мил! Как он мне чувства возмутил, Когда впервые звук его Коснулся слуха моего! То был не звук, но глас страстей, То говор был с душой моей! Вечерний звон, вечерний звон, — Как много дум наводит он. В 1830-е годы С. Ф. Толстая (дочь Толстого-Американца) опубликовала на английском языке стихотворение «Вечерний звон». В 1839 годуТолстая С. Ф. Сочинения в стихах и прозе: Пер. с нем. и англ. яз. М., 1839. Ч. 1. стр. 200—201, вскоре после её смерти, обратный русский перевод этого стихотворения был сделан М. Н. Лихониным: «Вечерний звон! О, как много говорят эти звуки для чувствующего сердца о днях давно прошедших, о минувшей радости, о каждой слезе, о каждом вздохе, обо всем, что дорого нашему сердцу: как красноречив этот вечерний звон!». Никаких указаний ни на Мура, ни на Козлова при этой публикации не содержалось (английское стихотворение Толстой, видимо, не сохранилось). Исследователи, тем не менее, пишут: «В биографическом очерке, которым открывалось то же издание 1839 г., Томас Мур был назван в числе английских поэтов, питавших „поэтическую, пламенную душу, восторженную фантазию“ С. Ф. Толстой, из чего можно сделать предположение о непосредственном влиянии на русскую писательницу Мура».
Стихотворение А. А. Фета, посвящённое памяти Козлова «Вечерний звон» (1840 год): Но что ж, — певец земных страстей, Ты не умрёшь в сердцах людей! — Так я мечтал — и надо мной Пронёсся чрез эфир пустой Какой-то грусти полный стон, И я запел вечерний звон! У Я. П. Полонского («Вечерний звон»), Брюсова («Звон отдалённый, пасхальный…»)Звон отдалённый, пасхальный, Слышу сквозь завесу дней. Тихо бреду я, печальный, В мире вечерних теней. Звон отдалённый, пасхальный, Ближе, прозрачней, сильней… Тихо бреду я, печальный, С горестной думой о Ней. (Брюсов), А. А. Блока («Они звучат, они ликуют…»), А. А. Ахматовой («Вечерний звон у стен монастыря…»), Николая Клюева («Дрёмны плески вечернего звона…»), Владимира Эльснера («Задворки»), Андрея Белого («Звон вечерней гудит, уносясь»), Демьяна Бедного («Сонет» (В родных полях вечерний тихий звон)) Виктор Соснора, «Вечерний звон» (1960-е)